Унесённые «Призраком»

Судьба и без того была несправедлива к доктору, а она еще так ужасно обошлась с ним!

Ей захотелось броситься к нему, поддержать, позволить опереться на её хрупкое плечо – и раскаяться в высказанном упреке, умоляя простить ее, глупую взбалмошную девчонку. Но вместо этого Мэри метнулась в другую сторону, к трапу, ведущему на нижнюю палубу, и через пару минут влетела в каюту. Вскоре туда же спустилась Кейт, ставшая невольной свидетельницей произошедшего.

– Ты искала встречи с ним, – утвердительно произнесла она, садясь на койку рядом с Мэри.

 – Не с улыбчивым штурманом, не с кем-либо другим, а именно с этим угрюмым хромым доктором. Почему, Мэри-Энн? Тебя привлекли его образованность и благородное происхождение? Или, узнав о его потере, ты преисполнилась жалости?

Мэри опустила голову. Она не рыдала, но слезы, не переставая, текли по её щекам и падали на платье.

– Помнишь, я рассказывала, что отец… мистер Дуглас договорился о моем браке с наследником некоего шотландского графа, мужчиной, который был старше меня на одиннадцать лет? – тихо проговорила девушка.

 – Тогда, не желая этой свадьбы, я и сбежала из дома… но судьба – действительно странная штука, Китти. Потому что Этельстейн Уильям МакМоран, известный всем как доктор Стейн Норвуд, и есть тот самый отвергнутый мною жених.

Глава одиннадцатая

Некоторое время Кэтрин обдумывала услышанное. Потом уточнила:

– Значит, «девица из богатой шотландской семьи», о которой говорил Стейн, это ты, Мэри-Энн? – Девушка кивнула, и Кейт покачала головой: – Невероятное совпадение.

Такое могло случиться лишь в авантюрном романе. Сбежать на край света, чтобы встретиться здесь, в океане… Даже не знаю, что сказать. Как думаешь, в письме отец сообщил ему имя невесты?

– Надеюсь, нет, – Мэри вытерла слезы и выпрямилась. – А если оно и было указано, то я уповаю на то, что письмо пропало, а имя стерлось из памяти. Не хочу, чтобы мистер Норвуд решил, будто имеет передо мной какие-то обязательства.

Если он и проявит ко мне интерес, то пусть это будет по велению сердца, а не из чувства долга.

– Ты говоришь о любви? – улыбнулась Кейт, и бледные щеки Мэри немедленно стали пунцовыми. Но, как хорошая актриса, она ответила сдержанно и спокойно:

– Что за глупости, ну почему сразу любовь? Есть же взаимное уважение, дружба, доверительные отношения… – Девушка замолчала, а потом тяжело вздохнула: – Я так скверно повела себя с ним, что даже стыдно вспомнить.