Враг из машины. Том I

Усмехнулся:

– Мне сказали, ты плохо следишь за порядком и твои подопечные бегают где хотят.

Сиенна укоризненно взглянула на экс-командора. И увидела, что темно-серые глаза мужчины искрятся весельем.

– Всё в порядке: мы проверяли их, а они – нас, – ответила она с невозмутимым видом. – Серьёзно, я впервые столкнулась с существами, настолько близкими нам по уровню интеллекта и духовному развитию. Вот только с одной из них возникли проблемы. Нет, не дисциплинарные: она спокойна и доброжелательна.

Но телепатическая связь вызывает у неё головные боли, доходящие до обморока, и я не знаю, что с этим делать.

– Как что? – удивился Нолан. – Ты же Исцеляющая. Вылечи её.

– Я пыталась, – атари беспомощно всплеснула руками. – Приступ снять получается, обнаружить причину и устранить её – нет. Может, мне не хватает понимания анатомических особенностей землян или биополя у нас разные. Или у этой особи скрытый дефект, а условия содержания его только усугубляют. Не понимаю.

– Ну, а я чем могу помочь? – хмыкнул Альн.

 – Я командующий базой, а не специалист по алиенам. Честно говоря, будь моя воля, я бы от них избавился. Им здесь не место. Повезло, что сейчас затишье, но когда закончится Мёртвый сезон…

– А как же загадочное поведение Стражей? – напомнила Сиенна. – Разве мы не должны разобраться в том, что произошло?

– По сути, нет. Анимусы Ксантра – не мои подчиненные, наблюдение за ними не входит в должностные обязанности командора, и вообще у меня хватает других проблем.

По базе и так уже расползлись слухи, и если новость о выживших иномирцах каким-либо образом дойдет до столицы, ты знаешь, что будет.

– Предлагаешь гуманно усыпить их, а тела – утилизировать? – неожиданно разозлилась Сиенна. – Или бросить в пустыне на поживу кедаврам? С каких это пор ты стал бояться проблем, О’Рэн? С тех пор как сам стал проблемой для сторонников Патриарха?

– Ты забыла, что говоришь со своим командором? – холодно бросил Альн.

– Заткнитесь вы оба, – не выдержал Нолан, и, как ни странно, его послушались.

 – Если в столице узнают, что вы укрывали выживших, это полбеды. Будет хуже, если выяснится, что вы самовольно от них избавились. Решать, кому жить, а кому умирать – привилегия главы государства, – он криво усмехнулся, – и тот, кто лишит его этого удовольствия, запросто может быть обвинен в измене. Хотите повторения событий десятилетней давности?

– Нет, – быстро сказала Сиенна.