Полукровки

Так случалось всякий раз, когда он слышал, как смеялась его дочь. Смех Саши напоминал ему о жене.

Девушка посмотрела на отца. Он сейчас старательно скрывал от нее свои мысли, и все же Саша догадывалась, о чем он думает.

С каждым годом… все больше похожа.

Саша поставила пустую кружку на стол. Затем поднялась и шагнула к выходу.

– Я так понимаю, к обеду тебя не ждать? – поинтересовался отец.

– Ты все правильно понимаешь, мой дорогой Зевс.

– Я уже просил тебя не называть меня этим дурацким прозвищем.

– Хорошо, папочка.

Улыбнувшись, девушка чмокнула отца в щеку и через мгновение упорхнула из кухни.

Не заходи далеко! – донеслось ей вслед.

Изо дня в день, снова и снова отец повторял эту фразу. Саша могла позволить себе пройти с десяток километров в сторону верховья реки. Дальше начиналась нейтральная зона, граничащая с владеньями человолков. Люди в поселке испытывали к косматым чудищам стойкую ненависть с примесью страха. Человолки платили поселянам взаимностью, хотя самой Саше всегда казалось, что эти дикие существа больше боялись людей, чем люди боялись их.

Как бы там ни было, за все время существования поселка его жители убили около полусотни созданий, наряду с мощными клыками и густой шерстью наделенных зачатками разума. Жертвой чудищ стал единственный человек – женщина, семнадцать лет назад принявшая мученическую смерть от лап человолка. Этой женщиной была мать Саши.

Образ матери почти не сохранился в памяти девушки. Саша даже не помнила, как та в действительности смеялась.

Невзирая на слова отца, девушка полагала, что ничего не унаследовала от матери, кроме, пожалуй, неприязни к собственному имени. Слово «сэржима» переводилось с тибетского как «золотистая». Саша и впрямь была обладательницей роскошной копны золотистых волос, но, тем не менее, очень не любила, когда ее называли Сэржимой. Имя казалось ей неблагозвучным и каким-то чужим. Да и цвет своих волос девушка тоже не любила, с детства считая, что уродилась «златовлаской» не весть в кого. Явно не в мать, волосы которой были цвета спелой соломы, и не в отца – обладателя темной шевелюры. Как ни пыталась Саша списать свои сомнения на слабое знание законов генетики, золотые волосы, равно как и карие глаза, все равно оставались под вопросом.

Между тем, девушка была уже на полпути к своей любимой поляне. Наряду с Сашей, этот маленький островок в глубине таежного леса облюбовали никели – крайне забавные существа, с которыми девушка обожала играть в солнечные летние дни.