Шаг в Безмолвие

Возможно, построили новый мотель и проложили к нему дорогу.

– Всё может быть.

– Сдается мне, приключения начинаются, – хмыкнула Мари.

– Ну да. Сейчас на дорогу выйдет Рутгер Хауэр, пряча за спиной окровавленный нож, и попросится к нам в попутчики. Но нас спасёт невесть откуда взявшийся Брюс Уиллис и будет нам счастье.

– Брюса нафиг, он старый и лысый. Пусть будет Джош Холлоуэй или, на худой конец, Орландо Блум…

Мари вздрогнула и замолчала, потому что внезапно в машине зазвонил телефон. Постепенно нарастая, играла знакомая мелодия песни «Город, которого нет».

– Ты поменяла звонок? – удивилась она.

– Это не мой телефон!

– Да? Тогда почему он звонит из твоей сумки?

– Из мо…

– Поворот! – В свете фар справа появилась узкая лесная дорога. Скорее, даже просека, но проложенная с воистину немецкой аккуратностью.

Элина повернула руль так резко, что машину едва не занесло. Хорошо, что скорость была небольшой, иначе дело закончилось бы аварией.

– Ты с ума сошла?! – возмутилась Мария.

Брюнетка остановила машину и дрожащими руками принялась рыться в сумочке. Вытащив мобильник, нажала нужную кнопку, но мелодия продолжила звучать как ни в чем не бывало. Тогда, поколебавшись, Элина включила громкую связь.

– Алло! Я слушаю! – Голос её сорвался, и она откашлялась. – Алло!

Телефон замолчал, только когда доиграл припев. Элина нажала на кнопку меню, и экран вспыхнул желтоватым светом. Несколько мгновений она разглядывала список звонков, а потом неожиданно расхохоталась.

– И что это было? – насторожилась Мари.

Вместо ответа Элина сунула телефон подруге под нос. Последний вызов был принят два дня назад, как раз когда они пересекали границу.

– Если мелодия у тебя записана, то ничего удивительного, – пожала плечами Мария. – Телефон старый, кнопочный, а ты вечно забываешь его заблокировать. И воспроизведение как-то само включилось.

– Знаешь, что самое интересное? – Элина отпустила сцепление, трогаясь с места.

– Значит, я права: приключения начинаются, – Мария задумчиво разглядывала окрестности. – Помнишь нашу первую опубликованную повесть, наше эпохальное «Заклятье горного духа»? – Она рассмеялась и процитировала: – «В горах сгущались сумерки. Одинокий «Кадиллак»…» Чёрт, я уже забыла, как там дальше.