Не хочу жениться!

 – Ну зафем это фсе, фа?

– Скажи, Поля, – не переставая улыбаться, проговорил Эрик, – куда ты сегодня арахнида выгнал?

– На кладбище! – непонимающе уставился на него Поля. – Оно заброшено, я проверял. Честное слово! Его там никто не заметит!

Улыбка Эрика превратилась в гримасу.

– Хочешь еще блинчик?

Поля посмотрел на полное блюдо и уже потянулся за новым блинчиком, но поймал взгляд Эрика и отдернул руку.

– Да что случилось?

Эрик вздохнул. Закрыл глаза, потом открыл и рявкнул:

– Это было третье городское кладбище! Закрепленное за академией! Там мои боевики практикум проходили!

– А… – Ипполит поежился.

Эрик мог кричать очень громко, но эффекта госпожи Серпентины его голос не имел. – Ну… Откуда мне было знать?

– В расписании об этом написано!

– Ты предлагаешь мне изучать все расписание? Всех курсов? Да оно же меняется каждый час!

Эрик попытался улыбнуться. Спокойствие, только спокойствие…

– Съешь еще блинчик.

– Что-то не хочется.

– Уверен? – Эрик отвернулся к холодильнику и добавил: – Твой арахнид гонял моих студентов по всему кладбищу.

У одного даже случился нервный приступ. Нельзя так с людьми, Поля, это плохо.

– Ха, что, вон у тех нервный приступ случился? – Поля изобразил руками габариты «шкафов». – Ух ты, я бы посмотрел!

– И посмотришь, – зловеще откликнулся Эрик.

Поля закашлялся и схватился за кружку с отваром.

– Что за?..

– Маленькая доза яда арахнида. Очень маленькая, я ему только жвала отпилил. Но тебе хватит. Спокойной ночи, Поля.

Ипполит уставился на него круглыми больше от возмущения, чем от страха глазами. И он, и Эрик знали, что малая доля яда арахнида для человека не опасна, но вызывает сильные галлюцинации. Чаще всего определенного содержания…

– Я не боюсь пауков, – сказал Ипполит, прокрутив все это в голове.

– Посмотрим. После того как они будут сниться тебе всю ночь, желание охотиться за арахнидами у тебя точно пропадет.

– Какой же ты… – Поля снова закашлялся. – Отравить соседа!.

.

– Ты со мной делаешь то же самое каждую сессию.

– Так для научных же целей! Кхе-кхе! Гадость какая… А мой гобелен тебе чем не угодил?

Отвечать Эрик не стал – нужды не было, Ипполит уже уткнулся носом в блюдо с блинчиками. При этом он так улыбался во сне, пока Эрик тащил его до кровати, словно пауки были его эротической фантазией.

Оставшиеся блинчики Эрик заботливо завернул и убрал в холодильник – подальше от трупа на второй полке и жвал на третьей.