Мой парень дышит огнём

– Но ты же действительно зверь! Драконы же звери, а ты дракон! – вспылила я. – На что ты обижаешься?

– Обижаюсь? Хозяйка, вам показалось.

– Я Эля!

– А я домашний зверь. И вы, Эля, моя хозяйка. Приятного аппетита.

После обеда мы разошлись каждый по своим комнатам. Иннар вежливо уточнил, что ещё он может для меня сделать. Я так же вежливо напомнила, что он мне не слуга. Дракон не стал спорить, просто ушёл к себе.

В моей академии имеется внушительная библиотека, в которую ходят только трудяги, вроде Свена.

А нормальные люди – как я – посещают онлайн архив, да и то если очень надо. Например, для теоретической части курсовой. А что? Большинство даже древних рукописей давно оцифровано, чтобы их прочесть, необязательно тащиться на другой конец города.

Сейчас настал тот редкий момент, когда мне было «очень надо». Можно сказать, уникальный случай, потому что я зашла не в секцию артефакторики, а – страшно сказать – драконоведения. Вот бы меня преподаватель сейчас видел! Наверное, глазам бы не поверил.

Я искала результаты исследований. Говорят, Южный питомник проводил их лет десять назад в большом количестве, в том числе и на такие странные темы, как «Есть ли у дракона душа?» и «Как много в современном драконе от чудовища?».

Статьи действительно нашлись. Я ознакомилась и только подтвердила собственные убеждения. Души у драконов нет, и да, они звери.

Давно, в Драконью эпоху, они, разумеется, были разумными и людей даже в чём-то превосходили. Но те времена давно прошли, а настоящие драконы, которые писали трактаты об искусстве, философии и магии, вымерли.

Остались только лишённые разума полукровки, помесь человека с драконом. Они были покорными, но без печати совершенно дикими. Южный питомник даже провёл ряд экспериментов, в ходе которых с драконов снимали печать. Они зверели – в прямом смысле, на глазах – моментально. Один даже убил чуть не всю исследовательскую группу, только ассистент по счастливой случайности выжил.

«Благодаря заклинанию печати, – писали учёные, – современные драконы могут не только выполнять приказы, но и связно говорить.

Мы подарили им жизни смысл. Без печати они ничем не отличаются от взбесившихся собак».

Вот! Я знала! У Иннара нет никакого права на меня обижаться. Я сказала как есть. Допустим, раньше он сталкивался только с дурными магами, которые заставляли его делать бог знает что. Но я-то – нет!

Странно, но такие убедительные аргументы ничуть не помогли мне почувствовать себя лучше.