Никакого зла

Я смотрю, как они ползают между могил, как безошибочно находят крапиву, аккуратно срезают её и кладут в мой мешок… И меня начинают терзать смутные сомнения… А что, в школе юных ботаников учат находить крапиву среди сена поздно вечером без фонаря? Я хорошо учусь, но, признаюсь, вот так сразу бы не справилась – в темноте, на кладбище, осенней ночью…

– М-м-м, ребят, а вы кто такие?

– А мы ведьмам свои имена не говорим, – отзывается один, а второй добавляет:

– А то заколдуешь.

– Э-э-э…

Габриэль фырчит – кажется, он так смеётся.

– А где вы живёте, – пробую я, – тоже не скажете?

– Не-а. А то ты придёшь и убьёшь нашу бабушку.

– Почему бабушку? – окончательно теряюсь я.

– Ну, в «Красной шапочке» волк тоже сначала дорогу спрашивал, а потом убил бабушку.

– Но я… Я же не волк.

– А кто тебя знает? – фыркает один, а второй, улыбаясь, отдаёт мне полный пакет. Потом добавляет:

– Вдруг ты только притворяешься? А на самом деле страшный и ужасный оборотень?

– Фея она, – отзывается Габриэль уже в своём обычном (ну, обычном для меня) человеческом обличье.

 – И тебе это отлично известно, – он щёлкает пальцами, и мальчишки пропадают. Только два сверкающих золотом листка кружатся, плывут по воздуху… – Выходи, дракон. Попытка была хорошая, но этот фокус повторяют уже тысячу лет все маги жизни. Скучно.

Габриэль как всегда…

Когда из-за тополя появляется Туан, я даже не… Да ладно, чего греха таить – я удивляюсь! И ещё как!

Я, не Габриэль.

Демон словно того и ждал.

– Властелин послал? – интересуется он почти миролюбиво.

Туан смотрит на меня, и его глаза сверкают золотом. В декорациях кладбища выглядит впечатляюще.

– Да. За ней. Отдай её, дух, и Властелин отблагодарит тебя…

Габриэль смеётся – весело и громко, как над хорошей шуткой. Что, кстати, совершенно с кладбищем не вяжется.

Потом поворачивается ко мне и спокойно, обыденно спрашивает:

– Хочешь, я его убью?

Я хватаю ртом воздух, а Туан улыбается.

– Какой самоуверенный дух. Где ты нашла такого, фея? – И шагает ко мне. – Идём, Властелин ждёт.

Я молча перевожу взгляд на Габриэля – тот улыбается – и чувствую себя зрителем в театре. Что это за спектакль?

Туан спотыкается уже на третьем шаге.