Принцесса Кики

Это всем было известно: королева фей желала вернуть свою блудную дочь так сильно, что назначила за неё баснословную награду. А чуть позже – и за её мужа, правда, с тем же успехом. Виола и Дамиан прятались от фей уже пять лет. Причём, если Виолу ждала участь наследницы Садов (не так уж плохо быть принцессой одного из самых влиятельных королевств в мире, правда?), то Дамиану вряд ли бы так повезло. Глория никогда не отличалась терпением, а сострадания к Тёмному Властелину (бывшему или нет) не может испытывать ни одна нормальная фея.

К тому же, живой Дамиан угрожал и будущему Садов: наследницей фей может стать только первенец, и это всегда девочка. А девочка с тёмной кровью для самого светлого из королевств?.. Это было бы, по меньшей мере, ужасно.

Дамиан мог рассчитывать или на свои силы, или на помощь брата-короля, которому не доверял. И сейчас этот брат его продал.

Усмехнувшись, Глория взяла бокал.

– Что ж, ты прав. Моя дочь придёт за ним.

– И если позволите, – подхватил Ромион, – я бы посоветовал вам использовать его: Виола сделает ради Дамиана всё, что пожелаете.

Улыбка королевы стала шире.

– Ты снова прав. Что ж, Ромион, напомни, что ты хотел за эту маленькую услугу?

Дамиан снова всхлипнул. Отвести взгляд от королевы фей он по-прежнему не мог.

– О, всего лишь вашу подпись. Вот здесь…

– Что это? – Королева развернула протянутый королём свиток. – Ах, ну да, конечно. Ты же всё носишься с этим торговым договором. Хорошо, Сады поддержат твой золотой талан… – Глория наклонилась, взяла перо из стоящей рядом серебряной подставки и размашисто расписалась.

– Моя королева, я бы не стал просить, – замялся Ромион, забирая свиток, – но традиция требует… Поклянитесь, пожалуйста. На вашей магии.

На мгновение настала тишина – разве что за окном громко, заливисто пели птицы. Солнечный свет падал на застывшего демонолога, сверкал золотом на пыльце, оседающей на платье королевы. Оно снова было украшено розами. Ромион отмечал всё это машинально, пока ждал и заставлял себя казаться спокойным.

– Ты забываешься, мальчик… – Наконец, нарушила тишину Глория. Потом оглянулась на застывшего Дамиана. – Хотя, пожалуй, оно того стоит. Хорошо, я клянусь ни словом, ни делом, ни помыслами не нарушать свои обязательства перед тобой. Ты доволен?

– Да, моя королева. – Ромион улыбнулся и взял с подставки золотой кувшинчик. – Ещё мёду?

– Брат! – простонал Дамиан.

И Глория, и Ромион предпочли не обратить на него внимания.