Пешка королевы

А потом – это было волшебно, по-настоящему, как в сказках пишут, а не как здесь, в Междумирье колдуют; и очень красиво – Нил засиял, словно свет исходил откуда-то изнутри него, как… Как у Повелительницы на испытании, только не так ярко, и не золотой. Красный, как кровь, словно зарево пожара. И гореть долго не стал – полыхнул и изчез.

Нил выдохнул, улыбаясь, как пьяный. А я с удивлением рассматривал его. Он изменился: исчезли нездоровая бледность, синяки под глазами, даже седые волосы превратились вдруг в молочно-белые – пожалуй, даже красивые.

И сам Нил был теперь хорош как демон. Яркие черные глаза, острые скулы, молочная кожа. Даже его будто паучьи пальцы больше не пугали: они превратились в узкие и тонкие – такими восхищаются женщины, а писатели называют «музыкальными».

Его голос звучал мягче, совсем не так хрипло, как раньше, когда Нил признался:

– Никогда не чувствовал себя лучше. Элвин, я могу выразить твоей наставнице признательность?

– Я ей передам. – Я с трудом отвел от него взгляд.

Да, теперь я верил, что Нил – демон. – Ты сияешь.

Нил огляделся. Заметил спрятанное за портьерой зеркало. Подошел, отодвинул ткань и принялся рассматривать себя.

– Изумительно, – выдохнул он. – Боги, Элвин, спасибо!

– Я ничего не сделал.

Нил усмехнулся.

– Ты и правда не понимаешь.

– Наверное. Ты можешь колдовать?

Нил взглядом опустил ткань обратно.

– Да. И, кажется, мой потенциал слегка увеличился.

Я улыбнулся.

– Ну и прекрасно. Тебе ведь больше не нужно в деканат?

– Похоже, что нет.

– Тогда мы никуда не торопимся. Давай завтракать.

Тем вечером мы вызвали Сэва на дуэль и объяснили ему, что звать нас посмотреть, как он развлекается с демоницей, опасно для его здоровья.

Мягко говоря, Сэв такого не ожидал.

– Элвин, дорогой, мы же не хотим уродовать твое симпатичное личико, – произнес он и ухмыльнулся, когда я взял со стойки меч. – Давай ты извинишься, и мы расстанемся друзьями, как раньше?

– Я извинюсь?

На нас смотрели.

Неподалеку тренировался Хэв, и я уже трижды поймал его взгляд. Фэй, прячась в тени брата, внимательно смотрел и неодобрительно качал головой. Были и другие зеваки – необычно много для позднего вечера. На спортивной площадке есть места для зрителей, трибуны, как на арене, но они всегда пустовали. Сейчас я насчитал на них человек двадцать только бегло, пока шел к Сэву.

Кажется, эта история с демоницей добавила мне популярности.