Ты будешь мой

Интересно, зелье было во вчерашнем успокоительном? «Госпожа, я настояла ваш вечерний отвар как следует, чтобы вам хорошо спалось». Вернусь, четвертую гадину-горничную. Если вернусь.

Барс сделал пружинящий шаг ко мне. Ясно было, что сейчас он прыгнет – и мне конец. Потому что я ничего не могу, привязанная к дереву и с кашей в голове. Магии нужна сосредоточенность, а у меня плыло перед глазами. Сосредоточиться же на словах, как это делают другие, мне не по силам. С моим-то заиканием.

В общем, гленцам, которые организовали покушение и купили кого-то из моих придворных, стоило поаплодировать.

Ветер принёс тяжёлый влажный запах далёкого тумана с гор. Последняя капля в моём бессилии: сейчас даже духи меня не услышат. Они придут мстить потом, когда я умру. Но мне уже будет всё равно.

Барс утробно рявкнул, собрался, покачиваясь – как сжатая пружина. Я рванулась последний раз, чуть не плача от отчаяния.

В воздухе свистнула стрела. Взвизгнув, барс кувыркнулся в прыжке, лишь слегка задев меня когтями – и тут же бешено воя, отпрянул.

Глядя на катающийся – и расплывающийся в моих глазах – клубок я хорошо понимала, что это не более чем отсрочка. Барс сильнее и быстрее человека, тем более потерявший от зелья голову бешеный зверь.

Мне бы рваться, выворачивая кисти – духи с ними, с запястьями, я жить хочу! Но привязали меня на совесть – шансов порвать верёвки не было.

Смешно умирать вот так – когда я уже прижала гленцев к ногтю, когда почти забрала их Эйнию, когда Дугэл на волосок от небывалого величия…

Ветер застонал со мной в унисон, поймал визг вскинувшегося барса – и минуту спустя я увидела выползающего из-под обмякшей туши человека. Он был в крови и плыл у меня перед глазами, как и всё вокруг. А когда он, пошатываясь, пошёл ко мне, я вообразила, что это гленец решил всё-таки добить меня своими руками. Наверняка колдун – зелёные колдуны могут справиться с барсами.

То, что кто-нибудь из фэйри сейчас, скорее всего, наблюдает неподалёку и уж конечно не стал бы вмешиваться, я тогда не понимала.

Над головами снова пронёсся, пригибая верхушки деревьев, ветер.

Я выпрямилась. Я королева, в конце концов. Ладно барс, но гленец моё отчаяние не увидит.

Я ждала насмешек, ждала блеска стали или магического сияния. А услышала удивлённое:

«Илва?»

В голове в очередной раз всё перевернулось.