Танец масок

Даже не будь Филипп уже заинтересован, пройти мимо он наверняка бы не смог.

От выключенного на ночь фонтана к принцу навстречу поднялась тоненькая девушка, еле-еле заметная в густом тумане. Длинные чёрные волосы до земли скрывали её лицо, тонкие руки-палки она протягивала к Филиппу неестественным, ломким движением. Как кукла-марионетка.

– Иди ко мне, – позвала она и тут же запела снова.

Дрожа от предвкушения – наконец-то хоть что-то новенькое! – Филипп пошёл.

Девочка пятилась, и туман укрывал её серыми волнами.

Так, шаг за шагом, они пересекли площадь, оказавшись у самых ворот императорского дворца. Девочка остановилась под фонарём, замерла, опустив руки – только глаза смотрели на Филиппа зовуще, громадные, чёрные глаза.

Филипп подошёл ближе, рассматривая девочку в свете фонаря. Красивой она не была – слишком худая, если не сказать болезненно-тощая. Длинные волосы влажно блестели и скрывали фигуру девочки, но принц всё равно разглядел, что она одета в серое платье работного дома.

Это удивило его больше всего: даже если девочка сумасшедшая (что он сразу предположил), то как умудрилась сбежать (работные дома охраняются почище некоторых тюрем) и пересечь Нижний город, потом Средний, добраться до Верхнего – до самой императорской резиденции! – и остаться незамеченной?

Предвкушая тайну и развлечение, Филипп сделал ещё шаг и наклонился к девочке – она с трудом доставала ему затылком до груди.

– Кто ты, малышка?

В ответ девочка запрокинула голову, и на принца глянули совершенно ясные, испуганные глаза.

– Господин, б-бегите! П-пожалуйста! – дрожащими губами шепнула она, и Филипп впервые почувствовал неясное беспокойство.

А потом за его спиной зарычали.

Обернуться Филипп успел.

И всё.

Глава 2. Майский праздник

Домой Фрида возвращалась не одна. «Не гоже такой крале одной до дому пехать», – говорила Кейт – деревенская ведьма из местечка Хэмтонкорт, неподалёку от которого Фрида купила коттедж четыре года назад.

Под «кралей» Кейт имела в виду себя.

И неважно, что ей в этом году уже стукнуло шестьдесят. «Да ведь не то ж главное, – считала Кейт. – А главное – что тут!» И тыкала себя в грудь, где-то в районе диафрагмы. Именно там Кейт была ещё вполне ничего, а вот сердце у старухи пошаливало. Но это нисколько не мешало ведьме быть первой стервой на деревне. Многочисленная родня, как и соседи, дружно Кейт ненавидели и так же дружно боялись. Ведьму это совершенно не смущало.