Танец масок

(Метла на шабаш – это святое)

– То-то я чую, запах твой изменился… – Ведьма напоказ потянула носом, и Фрида тоже нервно принюхалась. Глупости, ничем странным не пахло: весенняя ночь, где-то неподалёку цветёт дикая яблоня, и всё. А старая болтунья просто нашла новую тему – лишь бы языком почесать.

– Ой, чую, изменился, о-о-ой! – простонала Кейт и тут же с любопытством собаки, увидевшей жирный кусок мяса у хозяина в руках, подскочила к Фриде. – Ты предохранялась?

«Тебе-то какое дело?» – тоскливо подумала Фрида, вспомнив, что, кажется, зелье от беременности на этот раз не пила.

Столько лет к ней никто не подходил, и Фрида стала беспечной. Забывчивой. Но кто же знал? А, впрочем, всё равно это пустое. Один раз… Тем более, от него так тянуло железом…

Всё равно в будущем нужно быть внимательнее.

– Вот и я чую, что не предохранялась, – не унималась ведьма, с энтузиазмом лекаря давя на больную тему. – И запах твой изменился…

– Да что вы! – не выдержала Фрида.

 – И как же я пахну?

Кейт снова потянула носом и подытожила:

– Странно. И не надо на меня так смотреть, деточка, я-то знаю, когда нормальное это «странно», а когда нет. Я столько родов приняла!.. Ты, если шо, меня зови, а не этих гордецов из столицы. Поняла? Я-то лучше их разбираюсь. А то эка невидаль – мужик у бабы роды принимает. А? Да шо они в нас понимают, эти мужики?

Фрида только молча вздохнула. С одного раза не беременеют, все это знают, и Кейт сама что-то такое говорила.

Впрочем, чего только Кейт не говорила…

Фрида старалась не думать, что от такого «один раз не беременеют» родилась и она.

– Ты смотри, – продолжала Кейт, – от него железом несло – поди, или изгнанный, или подменыш, у людей всё мается. А раз мается, то где? Своей мамке нужен не был, думаешь, люди его приветили? Ха! Я, знаешь, на подменышей насмотрелась. И, ты думаешь, где? В домах этих срамных, где девки голые, а жрецы им всё позволяют. – Жрецов Кейт особенно не любила.

Всех, независимо от бога, которому они служили. – И вот в домах этих они за деньги себя продают, как вещи какие. Фейри. Фу, срам!

«В борделях, то есть», – перевела Фрида. Насколько она знала, фейри там днём с огнём было не сыскать, но за свою бурную жизнь Кейт, видимо, на одного всё-таки наткнулась. Запомнила и теперь промывает молодому поколению голову, рассказывая байки.

– Вот, туда подменышей и сдают! – Кейт снова погрозила пальцем.