Аратта. Книга 3. Змеиное Солнце

Эти везли оружие к Шираму, а тот поругался с саарами. Слыхал, что утром перед воротами творилось?

– М-да… – протянул Хаста, пытаясь понять, что тут происходит на самом деле.

– Уж мы тут сейчас наторгуем, – увлеченно прошептал его собеседник. – Они цен-то совсем не знают, а их оружие, о-о! – у нас за такое платят вдесятеро против того, что они запросили. Ты глянь на них, почтенный жрец, – экие подозрительные рожи. Продешевить боятся…

Действительно, саконы в искусстве торга явно не преуспели.

– Мы не знаем ваших цен, – слышался отрывистый, высокомерный голос старшего. – Откуда нам знать, что это верная цена? Мы меняем у накхов железо на рабов. Сколько у вас стоит сильный раб-венд?

Хаста с любопытством уставился на саконов. Раньше он видал только одного – того, что Аюр убил в заповедном лесу. Эти же выглядели совсем иначе… Приглядевшись, рыжий жрец едва не вскрикнул от изумления. Изменившись в лице, он потихоньку отошел, надеясь что никто не заметил этого.

«Саконы» были переодетыми накхами рода Аршага – с буйными черными волосами, повязанными на лбу тесемкой, с нарисованными на лице и руках вымышленными племенными знаками народа кузнецов… Так вот зачем Ширам приказал им расплести косы! По правде сказать, эти «торговцы оружием» весьма слабо напоминали саконов. Впрочем, здесь их было некому уличить. Главное – лазутчики стали совсем не похожи на накхов.

«Но я по-прежнему не пойму, что задумал Ширам, – размышлял Хаста, шагая к храму. – Их тут всего дюжина, а в крепости три сотни воинов… Только бы он не залил тут все кровью… Господь Солнце, забери у него жажду мести и отвесь взамен немного здравого смысла!»

Глава 7

Клятва Хасты

Расписные ворота местного храма Исвархи уже виднелись в конце улицы. В прежние времена, выполняя тайные поручения святейшего Тулума, Хаста не раз здесь бывал.

Задание, которое ему предстояло выполнить сейчас, несомненно, было самым тайным и самым важным из всех.

Ворота Полуденного храма были украшены позолоченными львиными головами. Вздыбленные гривы напоминали солнечные лучи, лишний раз говоря жителям Двары, что бог, дарующий и охраняющий жизнь, может быть суровым и даже яростным. Венды, жившие в этих краях, львов отродясь не видали, но очень хорошо понимали эту двойственность.