Аратта. Книга 5. Зимняя жертва

– Как знать, ясноликий! Я бы не удивился, узнав, что он убил кровника, после чего во искупление нарушенного запрета зарезался сам…

– По счастью, мы сейчас делаем одно правое дело, – с досадой ответил Аршалай. – И старые счеты можно отложить на далекое, неопределенное будущее… Ну давай, друг мой, расскажи, что случилось осенью. А затем я открою, зачем мы здесь. Итак, бунтовщики попытались сбежать от тебя на Змеиный Язык…

– Туда удрали, за речку, – показал рукой Каргай.

 – Успели подняться на склон и войти в одну из пещер. Потом гора начала рушиться…

– Ясно… но где же пещеры?

– Да вон они синеют.

Аршалай изумленно уставился на дальний склон, испещренный синеватыми пятнами:

– Так это все пещеры?! Их тут как дыр в сыре!

– Угу. Во время обвала оттуда хлестали настоящие водопады. Видел бы ты, как мгновенно вздулся тот ручеек! Потом, должно быть, вода ушла… Ясноликий, что ты затеваешь?

Аршалай деловито отвязывал лыжи.

– Пройдусь к пещерам, – небрежно сказал он. – Загляну в ту, что поближе.

– Недоброе ты задумал, – обеспокоенно произнес Каргай. – Входить в эти пещеры – все равно что сунуть голову в пасть Первородному Змею!

– Арьи – дети Солнца, – надменно вскинув пухлый подбородок, отозвался Аршалай. – Господь Исварха этого Змея узлом завяжет!

– Но не в его же собственном логове!

– Да хоть в его собственной заднице! Один взгляд Господа Солнца – и от Змея Тьмы останется лишь зола…

Правитель Бьярмы принялся неспешно спускаться по каменистому склону.

Каргай, вполголоса поминая Хула и всех его подземных родственников, последовал за Аршалаем. На опушке вновь появился Шайн, молча поднял руку. Из-за деревьев с опаской выступили охранники-бьяры.

– Лучше бы господину наместнику вернуться, пока не поздно, – бледнея, пробормотал один из них. – Он там сгинет, и мы с ним…

– Вперед! – прошипел накх.

 – Не то здесь умрете!

Четверо сняли лыжи и поплелись за наместником, как на казнь.

Аршалай, не обращая на охрану никакого внимания, по камням перешел ручей и углубился в завал. Пробираться среди осыпи было нелегко. Каргай с неприязнью смотрел, как изнеженный вельможа то с кряхтением перелезает через каменную преграду, то неловко перепрыгивает с обломка на обломок. «Вот бы поскользнулся», – подумалось ему.