Поединок со Змеем

Но вот странное дело: чем выше он её поднимал, тем больше она изгибалась, и лишь когда Тор ухватил её обеими ладонями и сам встал на цыпочки – оторвала одну лапу от пола.

– Всё правильно: кошка большая, а Тор совсем маленький! – захохотал Утгардалоки.

– Может быть, я и маленький, как ты говоришь, – сказал вконец пристыженный Тор. – Но найдётся ли у тебя удалец, что поборолся бы со мною один на один?

– А как же, найдётся, – отвечал конунг. – Такому, как ты, как раз впору бороться с моей дряхлой старой кормилицей.

Эй, бабушка Элли, выйди сюда!

Тотчас появилась старуха – седая, сгорбленная, однако проворная, и под дружный смех Великанов Тор принуждён был с нею схватиться. Но и тут ему не досталось удачи: чем больше силился он повалить древнюю бабку, тем крепче она стояла. А потом и сама дала Богу грозы такую подножку, что он упал на одно колено. Подошёл Утгардалоки и велел им кончить борьбу:

– Дело к ночи, пора уже спать.

Он сам отвёл Тору и его спутникам спальные места на широкой лавке в палате.

Меховые одеяла были мягкими, а от очага веяло добрым теплом – но Тьяльви и Рёсква знай прижимались к Тору, да и сам Хозяин козлов еле дождался утра, чтобы уйти поскорее из этого места.

Утгардалоки вышел его проводить, хотя Тору это было очень не по сердцу.

– Натерпелся я у вас сраму, – с горечью молвил он конунгу. – Никогда мне этого не позабыть, а и забыл бы, так не дадут!

Тогда Утгардалоки оглянулся назад, на далёкие уже стены своей крепости, и вдруг усмехнулся:

– Послушай меня, сильнейший из Асов.

Ведь это я был с вами в лесу под именем Скрюмира. Видел ты возле моих палат каменную скалу с тремя глубокими вмятинами? Это её я подставил под твои удары, а ты и не заметил, потому что я отвёл тебе глаза. То же было и с играми. Логи значит Огонь, не так ли? Тот, кто звался Логи, и был просто огнём, а ты сам знаешь – прожорливее огня ничего нет во всех девяти мирах. Хуги значит Мысль, и это в самом деле была моя мысль, вот почему Тьяльви, легконогий бегун, так сильно отстал. Кроме мысли, его, пожалуй, и не обогнать никому.

Тор остановился в изумлении, а конунг продолжал:

– Когда ты стал пить, я снова отвёл тебе глаза, и ты не разглядел, что рог был другим концом соединён с Океаном. Мои Турсы едва не умерли на месте от ужаса, увидев, как много ты сумел выпить и как обмелел Океан. Люди станут называть это отливом.