Те же и Скунс

 – Сам поди посмотри, костыль только не потеряй!

Скоро один из охранников, Мишаня, появился в поселковом магазине, и жители сами убедились, что он был именно таков, каким его описывала молочница. Парень отоварился сигаретами, пепси-колой, консервами, купил две колоды карт. Водки же, хоть её и было семь видов – выбирай любую, – почему-то не взял, и это несказанно всех удивило.

Потом поползли слухи, что на даче живет то ли жена с дочерью, то ли дочь с внучкой какого-то очень важного человека, а потому у охраны строжайший сухой закон.

Это было понятно, неясным оставалось другое – как ему, этому важному человеку, удалось добиться, что такой-то закон ещё и выполнялся!

– Вызнать бы, да Президенту письмишко… – посмеивался дед Кирюша. Он иногда слушал радио и был очень сведущ в делах государства. – А то сколько законов приняли и всё плачутся, что выполнить не заставишь…

Все было тихо и мирно, пока девочка, гуляя вокруг озера, не поинтересовалась у своей бонны:

– Les arbres la, pourquoi ne sontils verts?[4 - Почему вон те деревья не зелёные? (фр.

).]

И действительно, там, вдалеке, где местное озерцо соединялось протоками с двумя другими, стоял по-зимнему черный лес. Даже сосны пожухли. Никто как-то не обращал на это внимания, – мало ли может быть причин для гибели леса! Однако прошло несколько дней, и Мишаня стал жаловаться, будто бы его всё время преследует запах какой-то дряни. Другие ничего подозрительного унюхать не могли и решили, что У Мишани «поехала крыша», сиречь приключились обонятельные глюки.

«Это из-за сухого закона», – решил второй охранник. Сева. Хлопцы были конкретные, сказано – сделано: той же ночью Мишаня тайком слазил через забор к бабе Нюре и угостился самогоном её собственного изготовления. Однако глюки продолжались, об этом сообщили в Питер, приехала машина и увезла Мишаню в город, а на его место прибыл новый охранник. Должно быть, с более крепкими нервами.

Вскоре, впрочем, запах стал мерещиться и другим, в том числе гувернантке.

Когда же в озерце вдруг сдохла рыба и поплыла к берегу брюхом вверх, а следом поплыли не в меру жадные чайки, – до всех вдруг дошло, что происходит экологическая катастрофа районного масштаба.

Молодая женщина позвонила по сотовому телефону, и часа через два в Ясное, взметая пыль, влетели громадные серебристые джипы. Они промчались мимо магазина, где коротал время дед Кирюша, и свернули в сторону дачи за высоким забором.

– Вона как! – восхищенно сказал старик.