Без ума от диско

Слушай, мы все повторили тысячу раз, разве нет? – Она взяла меня за плечи и посмотрела в глаза, но я отвела взгляд. – Относись к этому проще. Давай покончим с этим сегодня, чтобы потом навсегда обо всем забыть.

– Да я не спорю. – Я все-таки посмотрела в ее вертикальные зрачки. – Просто… Ты уверена, что все пойдет по плану?

– Все будет окей. Заходим, палим в них из всех орудий, пробираемся в инженерную, заводим код, дальше он все сам сделает. А они – они вернутся как ни в чем не бывало, еще и компенсацию получат.

Это как в стрелялке. – Санни взяла винтовку и направила ее на надпись ТУПЫЕ СВИНЬИ на зеркале. – А они не заслужили никаких денег. Честно, я бы на месте начальства вообще не стала их возвращать. Подумаешь, дюжина пресмыкающихся с низкими коэффициентами, да кому они нужны? – Она медленно передвигала винтовку, концентрируясь на невидимых целях. – Пиф-паф, пиф-паф, пиф-паф.

Это как в стрелялке. Я три месяца упражнялась в Call of Duty, чтобы развить какое-то подобие меткости, хотя Санни уверяла, что вовсе не нужно быть метким, когда стреляешь очередями, – в тесном пространстве все равно попадешь.

– А вот нас так просто не снимут с крючка, – продолжила она, – поэтому мы и должны действовать. – Санни положила винтовку. – Выгляжу как мой злобный двойник из зеркала. Ладно, сколько там осталось?

– Пять минут.

– Чудно.

Между нами и инженерной было всего лишь двенадцать сотрудников отдела внутреннего контроля, первая смена, самая ненапряжная. Да, план действий был безупречно отрепетирован.

Дверь в отдел находилась в пяти метрах от нас, мы должны были:

быстро зайти;

устранить всех, кто был на рабочем месте;

использовать пропуск одного из них для прохода в инженерную;

войти и включить главный аппарат;

запустить код;

отключить себя от Облака;

бежать.

Если все выгорит, то мы полностью сотрем свои данные из системы, что сделает невозможным любые внешние манипуляции с нашим разумом. Обнулятся наши бессрочные контракты. Мы с Санни вынашивали этот план четыре года из шести, что здесь работаем.

Больше двух тысяч потерянных дней под колпаком у высшего начальства, которое только и делает, что затягивает поводок все туже. Ни дня больше. Мы исчезнем. Бежать из Города некуда, так что мы перенесемся в защищенный конструкт, где наши зашифрованные коды никто не найдет. Больше никакой работы, будем делать, что захотим. Оставшиеся до столкновения двадцать семь лет растянем на целую жизнь в виртуале. У нас уже все готово.