Без ума от диско

– Ты осознаешь, насколько безответственно было давать подобное человеку, недавно вышедшему из терапевтического виртуала? Это как облить кислотой только что прооперированный мозг. – Я будто слышала свой голос со стороны и говорила, как хорошо настроенная машина-консультант, но не холодно и механически, а нежным шепотом. – Ты осознаешь, какие последствия у этого могут быть?

Превысить свои полномочия, выйти за рамки из-за жалости ко мне – боже, это так на него похоже.

Издалека послышалась мелодия «Do What You Want», и музыка становилась все ближе, пол под нами начинал вибрировать.

Я была уверена, что танцую, но на самом деле мои ноги вообще не двигались. Я положила голову ему на плечо и просто слушала песню. Симон провел рукой по моей спине, и по телу пробежали мурашки. Я ощущала свое тело своим, но и его тело в какой-то момент я тоже ощутила своим, будто я сама провела рукой по своей спине и видела себя его глазами. От этой двойственности мне стало жутко, и картинка быстро стерлась.

Где-то далеко голос разума кричал, что я могу совсем потерять память, но его было почти не слышно за стеной, выстроенной этим «экспериментальным средством».

Музыка начала затихать. Огни выключались один за другим, и уже через пару секунд все они погасли. Плечо, к которому я прикасалась щекой, стало твердым, с выпирающей костью. Я немного отошла назад и начала ощупывать лицо и шею. Лицо покрыто чем-то похожим на крем, жирный и скользкий, волосы влажные и холодные.

– Сан? – спросила я, ощущая, как мое горло сжимается в необъяснимом спазме.

Тысячи отпечатанных изображений ее лица одновременно появились перед глазами и застыли, превратившись в единый собирательный портрет.

Санни что-то мямлила, пытаясь схватить меня руками. Что-то вроде «я не стирала», но я совершенно не понимала, к чему это относится. Я пыталась ее оттолкнуть, но она цеплялась за меня, хотела притянуть к себе и сжать в неестественно жестоких объятиях. Розовые огни вернулись вместе с бодрой «Do What You Want», а я все продолжала с ней бороться.

Она прижала меня к стене и схватила за горло. Вместо того чтобы защищаться, я представила себя Леди Гагой на освещенной прожекторами сцене и просто подчинилась мелодии. Огни все дальше, музыка все тише, шея передавала боль в голову, пока все не закончилось в один момент, превратившись в абсолютную тишину.

Следующее, что я почувствовала, – это поток ледяной жидкости, упавший мне на лицо, как водопад.