Дыхание светлячков

– Наташенька, Таюшенька! И… кучка снега с лапками! – дядя крепко нас обнял, заставив песца удивленно взвизгнуть, а радиоприемник Тали или хрустнул, или издал что-то из широкого ассортимента помех. Оставив профессора на растерзание любопытным помощникам, дядя проводил нас к каюте.

После ледокола «Астра» казалась унылой лачугой. Всего две верхних палубы, общая длина судна – каких-то шестьдесят пять метров, а ширина девять с половиной. Ни о каком спортзале, где можно порезвиться с Ылкэпэнером и прочих благах речи и не шло.

Но зато внутри каюты на стенах висели знакомые фотографии – молодой папа рядом с непутевым старшим братом и маленькая Тали, с интересом щупающая вмятины на голове дяди-мертвеца. Выглядело это так, словно малютка пыталась выдрать дяде Владимиру волосы.

Мама с маленькой мной верхом на белом медведе – я смутно помнила огромного ручного зверя, приведенного к детскому саду фотографом с пушистыми усами, а потом папины крики о безответственности глупой жены, готовой сфотографироваться и в пасти крокодила…

Незнакомые люди, корабли, киты – похоже, дядя уступил свою каюту на время путешествия.

Как капитан, он скрупулезно проверил наши документы. Тали не успела дома обновить паспорт и сделала это на ледоколе – новое правило, которому перевалило уже лет за тридцать-сорок, разрешало «передвижным населенным пунктам, с населением, превышающим сто пятьдесят человек, и не покидающим свой населенный пункт в течении полугода, иметь свои собственные органы регистрации», и «Таймыр-10» как раз по штатному экипажу превышал это число, даже без пассажиров.

Но дядя все равно ворчал и пристально разглядывал новый паспорт сестры, с двумя фотографиями – прижизненной и посмертной, выискивая огрехи, которые неумехи с ледокола конечно просто не могли не оставить. Под его взором и документы Ылкэпэнера, казавшиеся при получении могущественным щитом от пограничников, превратились в сомнительную бумажонку, купленную в сувенирной лавке. Дядя всерьез заставил нас понервничать, но, в конце концов, признал документы годными и вернул их.

«Астра», не имевшая препятствий в виде льда, двигалась гораздо быстрее ледокола. Потому, не прошло и недели, как мы оказались у морской границы.

Как ни странно, больше всего норвежских пограничников заинтересовал радиоприемник Тали. Над нами для порядка махнули сканерами и оставили в покое, а вот его долго рассматривали с суровым выражением лиц, водили над ним какими-то детекторами и вообще хотели разобрать.