Чужие грехи

Мария Александровна была продавцом в магазине продуктов, уборщицей, да еще и дворником. Нужно дочку кормить и одевать, а дедушек и бабушек не было. Родители Марии умерли, когда Дине исполнилось четыре года. Отец разбился на машине, а мама сгорела, как свечка, за полгода, после гибели мужа.

У Дины была еще тетка, троюродная сестра матери, но у той – семья, двое сыновей-близнецов. Ни времени, ни средств еще и на семью сестры не оставалось.

Когда девочка подросла, она стала помогать матери убирать двор и мыть подъезды.

Теперь Дине было уже семнадцать, она после школы бегала на работу в соседний продуктовый магазин убираться. Мама очень сильно болела и последние два месяца не вставала с постели. Девушке было очень трудно: десятый класс, а ведь нужно обязательно окончить школу хорошо, чтобы учиться дальше.

1986 –1992 годы. Маша.

– Машенька, куда ты собралась так поздно? – Светлана Сергеевна волновалась, с дочерью явно что-то происходило. Через месяц в школе выпускные экзамены, а девушка совсем перестала учиться.

Маша и так звезд с неба не хватала, перебивалась с троек на немногочисленные четверки, но родители не заставляли дочь сидеть долго за учебниками. Единственный, к тому же поздний ребенок в семье, Маша родилась с пороком сердца, и с детства была очень слабенькой. Отец, Александр Анатольевич, ректор местного педагогического института, был уверен, что сможет пристроить дочь к себе. Семья жила в тихом небольшом уральском городке. Родители безумно любили свою единственную дочь, берегли ее, закрывали глаза на неудачи в учебе. Однако, аттестат получить все же нужно было, пусть и троечный.

Маша редко появлялась в школе, постоянно болела, подруг у девочки почти не было. Именно поэтому, мать так беспокоилась. Странно, что дочь последние несколько месяцев часто уходила из дома надолго, причем по вечерам, возвращалась уже ближе к полуночи.

– Мам, я к Лидке, она меня к экзаменам готовит, я же тебе говорила, – Маша отвела глаза.

– А зачем на ночь глядя-то? Днем не могли позаниматься? – мама вглядывалась в лицо дочери – что-то не так…

– Ты же знаешь, у Лиды танцы, у них чемпионат на носу, только в девять репетиция заканчивается, – ответила Мария.

– Что же, смотри, пусть Лидин отец тебя проводит до дома! Страшно по ночам одной ходить.

– Хорошо, мам, как обычно, они меня всегда провожают.

Это было время, когда не было еще мобильных телефонов, да и домашнего у Машиной подруги Лиды не имелось. Родители волновались за дочь.