Сакральный знак Маты Хари

А подойдя к дверям, увидела, что в зале собрались все жрецы, и Камал, положив их ребенка на алтарь перед двухметровым изваянием Шивы, с силой размахнулся и отсек головку младенца ритуальным ножом. Ребенок истошно вскрикнул и затих. Понимая, что такая же участь постигнет и ее, Сита оттолкнула старуху и, воспользовавшись неповоротливостью своей провожатой и всеобщим замешательством, кинулась бежать из храма прочь.

Ночь выдалась темная, и Сита устремилась в джунгли. Девушка видела огни факелов и слышала, как перекрикиваются пустившиеся в погоню жрецы.

Взобравшись, как в детстве, на дерево, она сидела тихо, как перепуганный лемур, дожидаясь момента, когда все утихнет и будет можно спуститься и продолжить путь. Сита со страхом слушала, как трещат мангровые заросли под ногами бегущих. Преследователи остановились под деревом, и голос Камала сказал:

– Клянусь Небеснорожденным, чего бы мне это ни стоило, в любом уголке земли найду и лично верну Шиве его неверную жену Мату Хари, ввергнувшую меня в грех и заставившую преступить закон.

Голос Камала был так страшен, что девушка, рискуя себя выдать, все же зашевелилась в своем укрытии, снимая с шеи тали и убирая знак жены бога в потайной кармашек. Так она больше не чувствовала себя преступной Матой Хари, которой поклялся отомстить Камал, а была лишь Ситой, несчастной испуганной девочкой, спасающей свою жизнь, и, значит, угрозы бывшего возлюбленного не имели к ней никакого отношения. Беглянка понимала, что в первую очередь ее станут искать в родной деревне, куда ее возил на запряженной зебу повозке старый музыкант, и потому думала обхитрить жрецов и отправиться не домой, а к старшей сестре Васанте, прислуживающей коменданту города – самому главному сахибу Медана.

Загорянка, наши дни

Шестидесятилетний юбилей Константин Маслов праздновал дома. Сначала хотел арендовать базу отдыха, но потом подумал – а дома чем хуже? Та же самая база отдыха, только никакой тебе администрации. Отдыхай, как хочешь, гуляй, пей, пой, – в общем, веселись.

Да и мало где найдешь такой роскошный участок с мостом, перекинутым через пруд, с беседкой в соснах, с альпийскими горками и потрясающим видом на озеро.

Константин Вадимович окинул благостным взглядом открывающуюся с балкона озерную гладь, покрытую нежной утренней дымкой, втянул носом запах жюльена, долетающий с кухни, где у плиты колдовала повариха Наталья, и, проведя пятерней по коротко стриженному ежику седых волос, запахнул полы халата и вернулся в спальню.