Безлунные ночи

Янаги вновь достала кинжал и указала лезвием на заворожённую служанку, что опустилась рядом с богом и прикоснулась к спутанным прядям.

– Если вы кому-то расскажете, я убью вас обеих, а кости отдам собакам.

– Собакам? – Хангёку тяжело выдохнула, держась за свой гребень. – Сжечь их! И по реке сплавить. А то ещё по костям нагадают…

Глава II

Живой бог страдал от ран и усталости так же, как всякий катайханэ, и даже больше. Причина проста – Тенгоку-но-Цуки хрупок как статуэтка из фарфора. Всё в его жестах, движениях, изящной фигуре и тонких чертах выдавало изнеженность.

Будто прекрасную пташку, что всю жизнь провела в золотой клетке, выбросили на потеху жестоким ветрам. Хангёку не лекарь, но всё равно раздавала указания – у других жителей поместья знаний ещё меньше, чем у неё. Янаги отдала Тенгоку-но-Цуки свою комнату и ночевала теперь в том самом закутке, где отец расстался с жизнью. Отцовскую катану – настоящую, знавшую вкус крови и настоящей битвы – Янаги хранила при себе, как и кинжал. Дома самураи не носят боевого оружия, но обычно дома у самураев не лежат живые боги.

В комнате, где спал Тенгоку-но-Цуки, удушливо пахло травами. Внутри горел светильник, на фусума падала тень сидящей, как каменное изваяние, Хангёку с вечным гребнем в волосах. Янаги осторожно постучала по деревянной раме. Тень тяжело поднялась, увеличилась в размерах и скрыла за собой всю остальную комнату. Тихо скрипнули пазы. На пороге появилась Хангёку. Янаги заметила, сколько же морщин и рытвин на лице она прятала за своим ярким, почти театральным макияжем.

Гейша вышла, задвинула фусума, чтобы не пускать холод внутрь, и зябко повела плечами.

– Ну и мороз у вас тут … – Хангёку благодарно улыбнулась, когда Янаги набросила ей на плечи тёплое покрывало.

– Земля стынет. Ночь длится уже…

Янаги недоговорила. Она и впрямь не знала, сколько длится ночь. Порой Янаги лежала в тесной комнатушке на том же месте, где лежал труп отца с распоротым животом, смотрела на потолочные балки и думала, сколько времени прошло.

День? Месяц? Год? Без хода небесных светил время не определить. Остались звёзды, но они неподвижны – ещё в первую сотню лет истории Тенгоку астрономы составили карты, которыми до сих пор пользуются астрономы и путешественники. Впору купить клепсидру и пустить её в пруд.

– Да… последние времена наступают, – мрачно вздохнула Хангёку. – Повезло, что всё случилось в сезон урожая и зерно созрело. Но сколько мы протянем? Без солнца никакого урожая не будет.