Цена вопроса

Ты что, решила совсем задвинуть меня в тень?

Довольная подруга захихикала:

– Завидуешь, девонька? Ладно, я подумаю. Можно просто темные прядки сделать.

Ириша перевела дух: при всей озабоченности Надя никогда не старалась отбить кавалеров у подружек. Редкая самоотверженность! А Иру, с которой несколько лет просидела за одной партой, она искренне любила, хоть считала невзрачной и постоянно подбивала изменить внешность на более яркую.

– Со стрижкой «обросший мальчик» и бесцветным маникюром ты никогда больше замуж не выйдешь, – авторитетно, будто сменила дюжину мужей, убеждала она.

– Я разок вышла, больше пока не тянет, – отбивалась Ириша; а однажды все-таки не выдержала и спросила. – Надь, почему ты сама так стремишься в оглобли? Ведь ничего, что стоило бы таких усилий…

– Это Три Егора неправильный был, поэтому тебе и не понравилось, – с убеждением возразила подруга. – А мне требуется надежный тыл и крепкое мужское плечо.

Ириша промолчала, не желая ссориться. И собственный опыт, и рассказы семейных подруг давно убедили ее в том, что крепкими у мужиков в лучшем случае бывают челюсти и грабли – то, что связано с хватательными рефлексами.

Подножку конкуренту они еще подставить могут, а вот плечики стараются беречь. О тыле речь вообще не идет. Сама Ира после свадьбы попала на передовую с боями местного значения. Но разве Надьку реально переубедить? Ничего не поделаешь: не нюхавшую семейного пороха девушку не страшит перспектива получить на свою голову вместо плеча и тыла еще одного капризного дитятю, воспитанного такой же матерью-одиночкой, что и она. Если создать мальчику-колокольчику благоприятные условия, он выполнит все, для чего появился на свет: посадит печень, вырастит пузо и даже построит жену.

И так – до самого вечера: звонок за звонком, один другого несуразнее. Возникли почти все подруги и кавалеры, включая бывших, нарисовалась даже совершенно забытая тетка с первой работы. Ириша говорила и говорила, то сидя за столом и тупо щелкая мины в игре «Сапер», то расхаживая по коридору с мобильником в одной руке и сигаретой – в другой.

И разговоры-то все ни о чем, вот что обидно. Но не будешь же хамить человеку, с которым сто лет не виделась и состоишь (или состояла) в добрых отношениях. А все подолгу рассказывали что-нибудь скучное, обязательно уточнив напоследок:

– Так у тебя точно все в порядке? А то кто-то говорил…

Оставалось заподозрить, что весь народ состоит в сговоре.