Величие. Книга 4

Мир вокруг становится замедленным, как будто эльфийка нырнула под воду. Она обнажает запрятанный стилет и всаживает с размаха в грудную клетку захваченного врасплох противника. Тот глухо охает, наваливается на неё. В голове всплывает прагматичная инструкция Арэйсу: «Когда сражаешься с представителями нашей расы – бей сразу в горло или сердце. И после удара не вынимай оружие из раны, чтобы помешать регенерации».

Оттолкнув от себя оседающий труп с торчащей из него рукояткой, Орсинь лихорадочно пошарила по его шее, нащупывая цепочку амулета.

Сдёрнула – и враг, лежащий у её ног, принял свой истинный облик. Он был старше и празднично одет: очевидно, приехал сперва на банкет в качестве благородного гостя, а потом уже незаметно затесался среди прислуги.

Надев амулет на себя из соображений безопасности, Орсинь обернулась: позади уже раздавались крики и разливались вспышки магии. Как бы ей хотелось остаться рядом с Арэйсу! Но княгиня велела бежать, и эльфийка не смела ослушаться. Сжав зубы, она бросилась окольным путём обратно в парадные залы.

Пять минут до церемониальной лестницы показались вечностью, заполненной лишь собственным гулким дыханием. Уже на самом верху Орсинь сняла амулет, и прислуга распахнула перед ней двери.

Внутри парадных залов царила мёртвая тишина, только издалека доносился стальной зычный голос Арэйсу – быстро же она со всеми расправилась!

– …А теперь узрите: так будет с каждым, кто пойдёт против императора. Я око и меч Табриессов, который вершит правосудие.

Я – та, в ком течёт кровь древнейшего дворянского рода. Любой, кто выступит против меня, обречён на смерть. Я хранительница священной воли, незримой и вездесущей. Вот жалкий удел тех, кто возомнит себя выше её!

Дойдя до зимней веранды, Орсинь увидела, что створки её, несмотря на ледяную стужу, распахнуты и гости столпились у самой кромки снега. Там, в саду, обагрили сугробы кровью два разрубленных трупа, и ещё один враг, стонущий, лежал лицом вниз, а княгиня придавила его затылок подошвой сапога.

Полуторный меч, точно надгробный крест, прошил его насквозь между лопатками, пригвождая к мёрзлой земле.

– Слава Белой Волчице! – скомандовала Арэйсу, завидев за спинами гостей Орсинь.

Повинуясь её указующему жесту, ошеломлённая толпа обернулась, раздались восклицания ужаса.

– Бездна, что с вами случилось! Вы ранены? – К эльфийке, проталкиваясь меж оцепеневших гостей, уже спешил Пьерше. Краска с его лица заметно схлынула.