Величие. Книга 2

Арэйсу недовольно скосила взгляд в сторону Шиа, уже завершающей покупку. К её невольному удивлению, эта эльфийка довольно быстро освоила числа и пару десятков расхожих фраз на местном языке. Не то чтобы это было чем-то из ряда вон выходящим – Арэйсу скорее повергал в замешательство чрезмерно бойкий нрав эльфийки, с энтузиазмом сующей нос в любое дело. И если Рогеаль в основном наблюдала, общаясь при помощи Арэйсу лишь с экскурсоводами, то фокус Шиа был больше смещён на повседневные мелочи. Её неустанные расспросы и комментарии, порой выдающие полнейшее невежество относительно чужой культуры, несколько утомляли.

Теперь же, научившись едва-едва разговаривать, она без малейшего страха пускалась в беседы с продавцами.

Эта черта характера вызывала в Арэйсу странные эмоции, но она не могла точно определить, что именно испытывает: как и всё в её мире, чувства были тусклыми и невыразительными. Отчасти поведение Шиа казалось ей неправильным. Даже сложно сказать, что конкретно выбивалось за рамки приличий, но в особняке Брунгервильссов подобные выходки бы точно пресекли.

С другой же стороны… хотя бы отчасти, но Арэйсу догадывалась, чем именно привлекла Аурелия эта эльфийка. В ней было нечто, напоминающее то ли горный поток, то ли полёт сокола высоко в небе – стремительный и непредсказуемый. Едва ли Аурелий воспитывался в условиях, сильно отличных от условий Арэйсу, – а значит, и ему эта черта была в новинку.

– …А что этот продавец за слово сейчас повторял? – забирая кульки с пирогами, Шиа пристала с очередными расспросами.

– Это значит «свежий», – вздохнув, перевела Арэйсу.

Они возвращались по скользким камням тротуара туда, где оставили Рогеаль. Средняя сестра периодически просила остановиться, чтобы сделать зарисовку, и даже в день, выделенный под походы по магазинам, она высмотрела для себя что-то интересное. Шиа, не смирившись с вынужденным привалом, отправилась исследовать окрестности. Арэйсу наблюдала, как она идёт, чуть ёжась, и с непривычки озирается на тусклое освещение города и никнущие деревья.

В первую неделю северная страна оказалась щедра на сказочные багряные листопады и рассеянное ласковое солнце, вызывая у эльфиек неподдельное восхищение.

Самые красивые скверы и аллеи столицы были в их распоряжении. Но затем обыкновенная, дождливая и тусклая, осень вступила в свои права, предупреждая о грядущих холодах. Краски потеряли густоту, точно смытая с листа акварель, тяжёлое, набухшее небо придавило город к земле.