Легенды Отрезанного Простора

Все распадалось и плавилось, уже не верилось, что родители переживут эту битву.

Но только им всем суждено попасть в мир духов-из-скорлупы, а ему, сбежавшему трусу, до скончания веков скитаться среди плесени. Почему трусу? А кому еще, если по зову его жалкого сердца открылся «прокол»? Адхи ненавидел себя, готовый упасть на колени и обматываться колючей проволокой. Неведомые силы заставляли его проходить испытания, и, похоже, он не выдерживал.

Он уже не шел прочь от удушливого смрада, потому что догадывался: пестрые кибитки кудесников уехали, разлетелись по разным местам через проколы или унеслись на колесах.

Он остался в полном одиночестве. Изгнанник без имени, мальчишка, обреченный скитаться без благословения шамана, он оказался на пустоши и не знал, как открыть «прокол», чтобы вернуться к стойбищу, чтобы принять свою судьбу или продолжить биться вместе с соплеменниками.

– Ты трус, Адхи, жалкий трус, который не смог никого защитить, – шептали духи плесневелого пустыря.

– Ты ничтожнейший из своего племени, тебе ни за что не пройти испытания, – доносилось шуршание змеиных шепотков.

Они впивались отравленными зубами под кожу, расчерчивали разум осколками образов.

– Ты никто! Никто! Просто тень! Оставайся с нами, больше тебе нигде нет приюта, – продолжали твердить голоса, множество голосов. На самом ли деле? Или только в голове? Или сам Змей Хаоса, властвуя над этим местом, посылал дурные видения, склоняя на свою сторону?

Адхи взывал к искре Белого Дракона, но здесь, среди смрада и плесени, под гнетом чувства вины, не хватало силы для легенд шамана.

Мелькали только насмешливые сомнения кудесников. Когда-то здесь – и везде – горел воздух, когда-то мир погибал… Мир погиб, как и стойкость Адхи. Он опустился на колени, обнимая себя руками.

«Мама, папа! Неужели вы тоже погибли в этой битве?» – подумал он. Предчувствия тонули в видениях серого песка, безрадостного, будящего отчаяние. Все рухнуло, в этом месте все твердило о тщетности усилий. Он подвел всех, даже если никто не возлагал на него непосильной ноши.

– Ты сдался, ты трус. Но пойдем к Змею, он даст тебе силу, он даст тебе власть, – все шептал и шептал навязчивый голос.

– Нет! Ни за что! – воскликнул Адхи и вновь вскочил на ноги.

Он двинулся вперед, к разрушенному мосту, который остался последним ориентиром. Судьба, даже невыносимая и несправедливая, вела к громаде древних камней. И вскоре Адхи пришел к подножью.

Возле моста клубилось воронкой искажение нового «прокола».