Легенды Отрезанного Простора

Он же помнил себя на мосту! Усилием воли он вскочил с ковра, укрывающего настил кибитки. Накинув на подрагивающие плечи одеяло, Адхи выглянул наружу, неуклюже прыгая с края телеги, и поднял глаза.

Вокруг расстилались зеленые луга, светило солнце. Позади высились знакомые горы, а впереди маячил вечным сумраком плесневелый пустырь. Всем вокруг владела тишина. Такая же звенящая, как те голоса, что шипели возле моста.

Голова закружилась, Адхи схватился за край полога и едва не порвал занавесь, но не упал.

Он снова лег, укутываясь одеялом, и закрыл глаза. В сознании мерцали образы: битва, похищение, мост. Их кружение отзывалось тошнотворным хороводом, смешивалось кошмарами, но не хватало сил, чтобы проснуться.

Адхи думал, что немного подремлет, но очнулся уже поздним вечером. Тошнота и головокружение вроде бы прошли, предстояло разбираться, где он очутился. Хотя он узнал пеструю кибитку кудесников. Его похитили для продажи на ярмарку? Или же и впрямь стремились помочь? Адхи надеялся в ближайшее время понять, но для этого требовалось выбраться наружу.

Вновь его взору предстали бескрайние незнакомые просторы, уже укутанные пеленой сумрака. Закатные лучи Барьера дотлевали у западной кромки неба, расчерченного грядами облаков. Какое-то время Адхи завороженно стоял, рассеянно уставившись вдаль. Постепенно разум прояснялся, выстраивал осколки произошедшего: младший брат пропал, на родное стойбище совершило набег Племя Огненной Травы, а он каким-то образом перенесся через «прокол» вновь к мосту.

Надо было хотя бы узнать, кто его спас. Он ведь помнил сломанного великана без начала и конца – никто не сумел бы спуститься с моста, особенно без веревки. Значит, его сняли.

– Надо же так надышаться плесени. Ух, и какие видения ему могли явиться, – переговаривался кто-то по другую сторону кибитки. Оттуда тянуло приятным ароматом еды. Мерцали блики небольшого костерка.

– Это не видения! Хорг похитил моего брата и скрылся в «проколе», – обиженно отрезал Адхи, выступая из-за кибитки.

Он не доверял кудесникам, но те, похоже, спасли его.

– Гляди-ка, очнулась наша находка. Невезучий орочий ребенок. Так вот почему мы нашли тебя на мосту! – воскликнул рыжеволосый, подпрыгивая на месте. Знакомой танцующей походкой он подплыл к Адхи, помахивая соблазнительно пахнущей жареной птицей, подрумяненной на ветке у костра.

От аромата у Адхи снова закружилась голова, но на языке неприятно тлел привкус плесени.