Риани – подруга демонов

А то сидишь… Я, было, подумал, что ты плакать собралась.

Риани поджала губы. Дурацкий сон слишком сильно повлиял на нее. Все в прошлом. И не стоит лить слезы. В конце концов, она выжила! И собирается жить дальше.

– А перекусить мы не успеем? – старательно хмуря брови, спросила девушка. Ночной перекус уже переварился. Растущий организм требовал новой порции подпитки.

– Император ждет нас за завтраком.

– Так что ты сразу не сказал? Бежим скорее.

Демон задрал голову и заржал. Риа слабо улыбнулась в ответ, и сразу нахмурилась, вспоминая свои ночные похождения.

– Слушай, с что ночью с коридорами творится? Кисель какой-то сиреневый. Ляжки Аргана, я проблуждала в нем полночи.

– Ты по дворцу ночью шарилась? Сдурела? – демон задохнулся от возмущения. – Как тебе в голову такое пришло. Коридоры дворцов ночью хранит магия. Чтобы не выставлять стражу. Только кровники Императора или высшие маги могут найти путь.

– Твой противный Дариал предлагал проводить.

 – буркнула Риа. – Волосатый склизень.

Глаза демона округлились.

– Волосатый склизень. Ну, ты сказала. Я их один раз видел. Светлые послы привозили в подарок. Отец долго плевался после их ухода. Мерзкие существа.

– Светлые послы?

– Склизни. Но и светлые тоже. Не люблю их. Волосатый склизень. Гы-гы. Буду теперь Дариала так называть.

– Хватит ржать, пошли уже. А то твой отец нас съест вместо завтрака. Я бы точно съела бы.

– Хорошо, что он более гуманный.

Со смехом и шутками курсанты поспешили на аудиенцию к Императору Хаоса.

Император был хмур. Как правильно заметил его младший сын, ждать он не любил. Поэтому визитеров встретил недружелюбным рыком.

– Слишком долго! Так долго копошатся только… – тут Его Величество задумался, подыскивая сравнения, – волосатые склизни.

Кроун хрюкнул, давясь едва сдерживаемым смехом. Риани крепко сжала губы, чтобы не дай, печенка Тьмы, засмеяться.

Венценосный демон с удивлением разглядывал курсантов, давящихся смехом.

В волосатых склизнях ничего смешного не было. Это совершенно отвратительные создания, которые при жарке испускают мерзкий, въедливый запах. Светлые считают их деликатесом. Тут Его Величество слегка передернуло (от глубины воспоминаний, не иначе, ему же пришлось эту мерзость, то есть деликатес, попробовать).

– Прости, отец. Мы с Ри только, что говорили об этом блюде.

Темно-красные брови императора взлетели вверх.