Снег, война и Новый год

Мое богатое и вечно рабочее воображение быстро нарисовало картинку: я маленькая и сжавшаяся до состояния эмбриона и он – огромный и злобный. Как дракон из сказок. Орет и пышет огнем. Бац… и меня нет. Брррр! Лезет в голову всякое. Брысь-брысь. Мой шеф нормальный мужик. Даже если я бы не вернула эти шары, то что? Убил бы он меня что ли?

Скользкая, замерзшая лестница, обилие мишуры и новогодних украшений! Ох, наконец-то, родной офис.

– Танька! Спасибо! Ты настоящий друг! – завопила я с порога. И бросилась на шею подруге.

– Тихо, не ори. Шеф приехал! – шипит она мне в ухо. Чтооооо! Да как он мог. На два часа раньше!

– Эм… у меня проблемы? – тоже шиплю. Подруга кивает. Ох, вот беда!

Разворачиваюсь к двери, а там сам он! Сероглазый офисный бог. Злой… Мамочки мои! В руках у него коробка с осколками шаров. Ну почему, почему я не замела следы?

– Дмитрий Андреевич! Я все объясню. – замямлила я. Перед глазами все поплыло. Видно с перепуга.

– Алена! Зайди ко мне в кабинет. – ой, а он шипеть умеет.

Иду понуро в кабинет. Как есть в мокрой куртке, шапке и с рюкзаком.

Шеф с разбегу в кресло прыгнул, а я стою. Мнусь.

– Дмитрий Андреевич, понимаете. Я достала. А там бабахнуло. Я испугалось и они упали. Я … я … Вот!

Лезу в рюкзак и достаю покупку. Коробка такая же, шары в ней целые. А сверху елочка лежит. Старенькая. Ватная и с облезлыми блестками. Ой!

– Что это? – шеф спрашивает. Шепотом. И глаза такие большие-большие, как у мышки, которая, ну вы поняли.

Злость у него почему-то сразу испарилась. Смотрит. То на меня, то на елочку. На меня. На елочку. Странным взглядом. Родостным и офигевшм. Ага, все сразу. Будто это не игрушка, а алмаз с кулак величиной.

– Это шары, такие же! Тоже Кузнецов и цвет и год. Я… – слова из меня как-то сдавленно выходят. Комок в горле мешает. Ну, зачем он на меня так смотрит, я же все исправила.

Шеф меня как заморскую диковинку рассматривает. Вот моя кошка Мурка так же смотрит, когда я ей вместо мяса кошачий корм насыпаю.

– Дмитрий Андреевич! Они такие же, Честно! Я в вашу коробку переложу. Или давайте на елочку повешу. И… и..

– Алена, что ты за человечек такой! Невозможный. И где ты только эти шары достала? А елочку? – задумчиво так говорит (или грустно). Чего грустить? Вот шары. Не отличишь, если не знаешь. А у меня глаза шипит. Слезы наворачиваются. Приехал бы вовремя, и даже не узнал бы ничего.