Крылья

– Да?! Маковое молочко, мед, анисовое семя, фиалковый корень… Успокаивающее, обезболивающее, дарующее радостные сны… Черный паслен с анисом перепутал? Болиголов с фиалкой? Знахарь-недоучка!

– Откуда вы знаете? – искренне удивился Варка. – Вы же ни глотка не выпили.

– Пить не обязательно. Достаточно понюхать. В конце концов, кто здесь травник, ты или я?

– Вообще-то я, – уперся Варка. Он поднял голову, стараясь в темноте поймать взгляд крайна. – Да если бы у меня был яд, – запинаясь от ненависти к себе, выговорил он, – я бы, наверное, сам его выпил.

Это моя вина. Все из-за меня. А я даже прощения просить не буду, потому что такое простить нельзя. Я же понимаю, что вы потеряли.

– Ты понимаешь?! – Крайн вынырнул из тени, как клещами впился в Варкино плечо. – Ты, человек!

Последнее слово прозвучало как непристойное ругательство.

– Но я… – робко начал Варка, – тот миг, пока мы летели… я никогда не забуду…

– Я тоже, – с неимоверной язвительностью прошипел крайн.

Тугая дверь распахнулась, и внутрь ввалились курицы. Как выяснилось, они подслушивали и то ли решили, что Варку пора спасать от разъяренного крайна, то ли просто не удержались на ногах, толкаясь у дверной щели.

– Не бросайте нас! – Жданка подбежала, припала к лежанке, умоляюще заглянула снизу вверх в страшное лицо, исковерканное чистым, обнаженным гневом. – Мы без вас пропадем. Не умирайте, ладно?

– Откуда ты взялась, рыжая?

– Да Жданка я, Жданка с Болота.

Не умирайте… Вы же крайн, вы все можете.

– Крайн без крыльев – мертвый крайн. Я уже умер. – Слова обрушились на нечесаную Жданкину голову парой тяжких могильных плит.

Жданка смотрела непонимающе:

– Но ведь вам же больно. Вам больно и страшно, значит, вы живой.

Некоторое время крайн молча разглядывал ее, глаза его как будто прояснились, ярость ушла из них, осталась одна тоска.

– Не надо так убиваться, – ласково, как маленькому, сказала Ланка, – все как-нибудь уладится.

Обычным людям тоже живется неплохо.

– Лю-ю-юдям, – издевательски протянул крайн, – людям! Да лучше быть чумной крысой, чем человеком!

– П-почему? – перепугалась Ланка.

Варка тяжело вздохнул. Цели он достиг, вывел несчастного из апатии, но вовсе не хотел будить такие страсти.

– И кто же это у меня спрашивает? – Яд сочился из крайна, как вода из мокрой губки.