Торговец отражений

В зале было душно, и те студенты, которые решили не оставлять в гардеробах верхнюю одежду, ныли не только от скуки, но и от того, что по своей же воле стали ходячими теплицами. Нежарко было только Луису Клэму, который по снегу предпочитал бегать в кедах, а летом не снимал с головы шапочки, но он был скорее исключением из правил.

Всеобщую безмятежность и скуку нарушили шевеление и шепот.

– О, глядите, кто явился! – прошептала Руби.

Грейс посмотрела в сторону выхода, где помимо безмятежного профессора появились новые люди.

Трое в сером, от ступней до шеи, в мышиного цвета пальто. Казалось, они не замечали остальных студентов в зале. Освещенные ярким музейным светом, который даже румяных людей делал чуть бледными, студенты казались неупокоенными призраками замученных страдальцев, которые явились на выставку, посвященную смерти, только для того, чтобы среди десятка умерщвлений и костей найти свои.

– В том они были в черном, будто в любой момент на похороны вместо занятий пойти собирались, в этом – в сером, – сказала Руби.

 – В следующем, наверное, можно ждать Хантера совсем без одежды.

– Боже мой, даже представлять это не хочу! – воскликнул Осборн и потер глаза. – Ну все, теперь вид голого Джеймса Хантера будет сниться мне в кошмарах.

Грейс о чем-то долго думала, разглядывала остановившихся у большого полотна Брейгеля Старшего студентов. Известные многим в университете, даже тем, кто их не видел ни разу и не знал по именам, но покрытые вуалью мрака и неизвестности, они привлекли к себе намного больше внимания, чем картина или скульптура.

– Слушайте… А вы их видели хотя бы на одной лекции в этом месяце? – спросила Руби, не отрываясь от всматривания в серое пятно, застывшее у картины. Оно же все еще не обратило на студентов вокруг никакого внимания.

Приятели задумались. Если бы профессор Френсис взглянул на них, не смог бы нарадоваться их мыслительному буйству. Лицо Осборна, вопреки его обычной веселости и расслабленности, стало таким одухотворенным, будто бы он осознал бессмысленность мира.

– Я их не видел.

– Разве ты был? – сказала Руби. – Но я их тоже не видела. А я ни одной не пропустила.

– Ты пропустила одну по литературе, когда вы уезжали с Шенноном. – Улыбнулась Грейс. – Но я их и там не видела.

– Странно… – промычал Осборн.

– Да что тут странного? Радоваться надо. Помнишь прошлый год? А позапрошлый? Профессор Френсис так расстроился, когда не выиграл у Лэмба в споре.