Торговец отражений

Она разглядывала ставшие уже знакомыми лица мучеников, ползших к небесам, и в перекошенных болью лицах, опаленных солнцем, виделось что-то возвышенное. В протянутых к небесам рукам, в глазах, навсегда закатившихся, виделся блеск креста, что держал ангел на вершине. Слепая надежда. Но в тот день Грейс задержалась совсем не для того, чтобы насладиться холодящей кровь красотой памятником.

Рядом с фонтаном, всего в нескольких метрах, переговаривались две беззаботные старушки. Они наслаждались последними лучами солнца, уже скрывавшимися за тучами.

– В Лондоне, представляешь? В самом Лондоне нашли, Линдси! – хриплым голосом сказала первая женщина, которая, судя по догадкам Грейс, не выпускала из рук сигарету, из-за которой свежий воздух Ластвилля вокруг памятника пах химической вишней.

– Неужели? Как же он оказался в Лондоне? – воскликнула другая, хотя восклицанием ее тихое удивление было назвать сложно.

– Сама не понимаю. Свет не ближний. И как он умудрился?

– Может, его бросили в багажник машины и довезли?

– Или привязали к крыше? Положили в отсек для чемодана?

– И его не увидели?

– Может, машину не остановили?

– Не понимаю, совсем не понимаю, бедный, бедный мужчина… А как же его жена! Не представляю, какого ей… Ох, какая же трагедия!

– Знаешь, Линдси, дорогая, – ободряюще сказала вторая старушка, – когда мой муж исчез с любовницей в восемьдесят девятом, я тоже не представляла, как без него жить.

Грейс ушла прежде, чем успела дослушать историю.

Руби с Шенноном уже ждали в кафе и, как всегда бывало, Руби выбрала самое дорогое из всех в Ластвилле. За чашку кофе здесь брали втрое больше, чем во всех кофейнях в округе, а завышенные цены объясняли тем, что для его приготовления использовались самые лучшие кофейные зерна. Это не так. Зерна пусть и не плохие, но не лучшие в Ластвилле.

Грейс не чувствовала себя неуютно несмотря на то, что кафе было обставлено безвкусно. Она привыкла и к тому, что слишком много цвета отражалось от стен, что мебель слишком темна, но Руби, как Грейс знала, сравнивать было не с чем. Она привыкла к таким заведениям.

Грейс еще в студии заметила, что Руби переживала, но совсем не хотела показывать, насколько сильно.

Получалось у нее, конечно, плохо.