Тир Нан Ог

– А родители мужа?

– Ещё раньше. Но с ними мы никаких отношений не поддерживали.

– Ваш сын, то есть, ваш грех молодости?! – наступательно спросил Лерин отец, и мама Лиля вспыхнула, побагровела от гнева.

– Дети грехами не бывают! – отчеканила она – Вы, чем словами бросаться, познакомьтесь с моим сыном, узнайте, что он за человек!

– Теперь это невозможно, – процедил Павел Анатольевич Савелов. И стиснул кулак.

Мама Лиля считала, что невозможного не бывает. В принципе. Надо только захотеть исправить ошибки.

Не упираться рогом, не зацикливаться на обидах и оскорблениях, а взглянуть на мир по-доброму. И тогда мир на добро ответит добром.

– Всему своё время, – утешала она Леру. – Твой отец все поймёт правильно и изменится.

Лера жила теперь у Кораблиных. Её тихая мама Людмила Ивановна привезла к ним её вещи, и весь вечер они проговорили на кухне втроём, «о своём, о девичьем» – мама Лиля, мама Люда и мама Зита.

– Как ты только терпишь! – горячилась мама Зита.

 – Я б давно дала этому кормильцу пинка под зад! Права он будет качать! Добро ковать на головах у людей! Мы, вот, с Лилькой сами себя кормим, и ничего! И детей выкормили! И внукам поможем! И ни один хрен нас в своё дерьмо носом не ткнёт!

– Ладно тебе, успокойся, – обуздывала её мама Лиля. – Все люди разные. Что русскому в радость, для немца смерть! Мы – такие, Люда – другая…

– Не бери в голову, Люда, – сдавала на попятную мама Зита. – Это я – сгоряча! Феминистки мы с Лилькой дикие, амазонки! Не нашлось на нас порядочных мужиков!

– Да, – подхватывала, как могла весело, мама Лиля.

 – Я и лошадь, я и бык, я и баба и мужик! А это, Зитка, тоже не есть хорошо!

– А что вообще хорошо? – вопрошала наступательно мама Зита и отвечала сама себе, обречённо: «А ничего! Только дети!».

– А дружба?

– Да, дружба – это святое! Дружи с нами, Люда, мы тебя в обиду не дадим!

– Меня, девочки, никто и не обижает, – улыбалась им мама Люда.

 – Поговорку знаете: муж голова, а жена шея? Куда шея повернёт… Я на рожон не лезу, соглашаюсь на словах с Пашей, а что мне делать – это уж я сама решаю.

– Молча!

– Да, молча. Нравится Паше считать себя в семье императором – на здоровье.

– Но ведь Лерка и тебе не сказала… – напомнила мама Зита.

– Лерочка скрытная. Она сначала сама должна убедиться, что поступает правильно…

– Ну, убедилась! – резюмировала мама Зита язвительно.