Певчий дьявол

Я грешным делом начала подозревать, что дело все-таки в его голосе – иногда мне казалось, что при прослушивании даже записей терялась ниточка реальности, не говоря уж о тех моментах, когда этот парень пел вживую.

– Поглядите, кто тут у нас, – от резкого окрика я вздрогнула и обернулась.

Вообще-то эта зона была закрыта для посторонних, но Кощей, наш бывший вокалист, каким-то образом сумел сюда попасть, хотя вот уж кто-кто, а он, наверное, был последним человеком, которого желали видеть члены группы, некогда с ним сотрудничавшие.

Я не была исключением, особенно зная, насколько этот высокий и худой парень меня недолюбливал. Когда он еще был фронтменом, у нас с ним частенько выходили стычки, заканчивающиеся самыми настоящими скандалами, и порой мне казалось, что он был готов наброситься на меня с кулаками. Положение раз за разом спасал Кай, вежливо уводивший меня подальше от истеричного вокалиста, который потом мог неделями ныть о том, что его творческую личность в этом коллективе совсем не ценят и не уважают.

– Привет, – кисло произнесла я, молясь про себя, чтобы он поскорее свалил куда-нибудь подальше. Рядом с ним я увидела невысокую, вполне миловидную блондиночку, которая глазами влюбленной кошки взирала на Кощея, ловя каждое его слово. – Ты какими судьбами здесь?

– Решил послушать вживую, – оскалился он в неприятной усмешке. – Записи у вас, бесспорно, хороши, но ведь группу судят в первую очередь по живым выступлениям – студийки можно подтянуть, поправить, не говоря уж о том, что дублей дается неограниченное количество.

Так что грош цена вашему смазливому вокалисту, если он не справится с микрофоном.

– Можешь не беспокоиться, – сладко улыбнулась я. – С этим он справится отлично.

Гримаса исказило лицо Кощея, сделав его и без того не особо привлекательную мордашку откровенно жуткой. Он тщетно пытался сохранить спокойствие, но ему не было свойственно умение держать себя в руках. Отчасти его можно было понять: стоило только «The Black Gate» сменить вокалиста, как на группу тут же обратили внимание, раскрутили, и теперь музыканты пожинали первые плоды.

Кощей всегда был очень тщеславным, предпочитая не замечать собственные недостатки, но отлично играя на нервах окружающих и умело вставляя палки в колеса более талантливым коллегам по цеху. В случае с Вием это, кажется, не выгорело, и потому злоба сейчас душила бывшего вокалиста за то, что он упустил такие возможности.

– Сомневаюсь, – хмыкнул он и притянул к себе нахмурившуюся блондинку.