Не храни, да не храним будешь. Неприкаянный

Пять единичек – день, в который одиночество достигает максимального напряжения, и это, несомненно, стоит отпраздновать распродажами и студенческими гульбищами. Собраться толпой, чтобы праздновать одиночество, это очень по-людски. Хранителям наблюдать особенно забавно, потому много наших там зависает, своим скоплением ещё эффект одиночества усиливая. По сути-то это наш праздник, ведь нет одиночек больших, чем хранители: ни дружбы у нас, ни заботы друг о друге, ни к чему мы не привязаны, кроме всего человечества. Конечно мы все там, на Земле, когда-то были, но кем были, с кем были и где были, никто не помнит.

На первых порах многих вновь прибывших в подмастерья обуревает идея найти на Земле своих из смутных воспоминаний, особенно детишек, но это остаточное, пройдёт. Их уверяют, что когда выучатся и допущены будут хранить, то в группе людей, которая им достанется, непременно будут те самые, «свои». Верят, дурачье, поэтому учатся рьяно, и хранят потом старательно тех, кого выдали хранить. Хотя там, если верить обещаниям, скорее всего уже внуки и правнуки земные. На хранителя долго учат, люди столько не живут. А я, так вообще в эти обещания не верю, для отмазки они. «Абсолютная справедливость и равное отношение к человеческим особям, независимо от национальности, пола, внешности, возраста, поступков, верований, прошлого, настоящего и будущего», – вот так у нас правильно. Мы – комки небытия, для простоты принимающие привычное людям «ангельское» обличие (хоть в природе либо руки, либо крылья – спасибо тому, кто придумал ангелу, как пауку, шесть конечностей пририсовать). Между собой нет у нас дружбы и быть не может. Поболтаем порой, или подерёмся – вот и всё общение. Одиночки мы, наш это праздник и точка, поэтому втихаря, как бы по делам, оказываемся в Китае. Вроде как, мимо пролетали, и зависли на минуточку-часик-денёк. Сверху на это смотрят снисходительно. Формально дисциплину хранительную не нарушаем, что к нам придираться?

В тот день что-то не пошло – не разгорелось настроение на праздник смотреть.

Пол дня болтался над Хубеем, надоело, всё уже видено-перевидено, чуть было к себе в небытие от скуки не перебрался, и тут нетопырь рядом просвистел. Вроде обычная мышь летучая, нос подковой, а только что она посреди дня-то в небе делает? Не порядок, наверняка из тёмных теней, иначе с чего бы её на дневной свет понесло? Мухобойка у меня всегда с собой, пробовал хлопнуть нечисть на лету. Никак! Подобие рук моих отяжелело, отсохло, стало неподъёмным.