Прибавление семейства

– Так, может, она с кем-то из докторов дружила? – продолжал допытываться Синяев, а Ирина прикидывала, как его угомонить, не подрывая авторитета народного суда.

Теперь, через пять лет, какая разница, с кем дружила Чернова, с кем делилась секретами и сокровенными мыслями, и даже какой она была, тоже не важно. Это в уголовном процессе важна характеристика личности потерпевшего и подсудимого, а тут – зачем? Только бередить душу Чернову…

Медсестра немного подумала и решительно сказала:

– Нет! Врачи перед ней заискивали, конечно не без этого, но чтобы с кем-то она откровенничала, так нет.

У нас еще так сложилось, что зав хирургией и зав реанимацией страшные женоненавистники, брали на работу только мужиков, а тут сами понимаете… Если мужчина и женщина на работе начинают тесно общаться, то никто никогда не поверит, что они вместе просто книжки читают.

После этой назидательной сентенции свидетельница наконец сообщила то, ради чего и была вызвана в суд. После одиннадцатого апреля Аврора Витальевна на работе не появлялась, о причинах своего отсутствия не сообщала, за зарплатой не приходила и за эти пять лет ни разу не дала о себе знать.

Трудовая книжка ее так и лежит в отделе кадров.

Ирина объявила перерыв пятнадцать минут, надеясь размять затекшую от долгого сидения спину, а заодно приструнить ретивого Синяева. Но прежде пришлось сбегать в туалет, потому что, хоть она на исходе беременности в целом чувствовала себя неплохо, мочевой пузырь с трудом выдерживал долгие судебные разбирательства.

Когда она вернулась к себе, активный Синяев скакал по кабинету и первый накинулся на Ирину, прежде чем она успела вымолвить хоть слово:

– Нет, вы подумайте, товарищ судья! Это же уму непостижимо!

– Что именно? – оглядевшись, Ирина заметила Олесю Михайловну, робко съежившуюся на стуле в самом дальнем углу кабинета, парадоксальным образом не теряя при этом балетной осанки.

«Выгоню этого буйного к чертям собачьим в комнату нарзасов», – решила Ирина, с трудом пролезая за свой письменный стол, понимая, что сдержать это обещание у нее духу не хватит.

Сейчас бы на диванчике полежать оставшиеся семь минут в тишине и одиночестве, но нет. Жажду истины и справедливости не заткнешь.

– Как это, жена домой не пришла, а он в ус не дует! – возмущался Синяев, прыгая по тесному кабинету.

– Мне кажется, Чернов объяснил ход своих мыслей вполне удовлетворительно, – процедила Ирина.