Вечный шах

Совсем не обязательно плохо себя вести, чтобы стать жертвой маньяка или водителя-лихача.

Увы, серийные убийцы существуют, как бы ни хотелось официальной науке постулировать обратное, а главная беда в том, что изобличенные маньяки – это лишь верхушка айсберга, страшно предположить, сколько их еще скрывается в темных водах человеческого равнодушия, аппаратных игр и просто-напросто халатности.

Одно преступление осталось нераскрытым и забытым, по второму выбили признание у какого-нибудь дурачка, третье повесили на матерого уголовника, которому уже все равно, убийством больше, убийством меньше, четвертое исхитрились оформить как некриминальную смерть, а маньяк тем временем спокойно планирует пятое.

Это еще когда трупы находят, а если у преступника хватает ума и возможностей избавляться от тел, то тогда вообще благодать. Пропал и пропал человек, мало ли что. Ребенок убежал и где-то беспризорничает, девушка подалась в проститутки, а старый человек просто впал в маразм и забыл дорогу домой, ждите, скоро объявится в каком-нибудь психоневрологическом интернате.

Ну и если жертва после нападения остается жива, тоже сто раз подумает, прежде чем идти в милицию, ведь уже сформировано общественное мнение, что там тебя унизят, оскорбят, скажут, что сама напросилась, а преступника искать все равно не будут.

Ирине очень хотелось думать, что она сгущает краски, а на самом деле правоохранительные органы укомплектованы исключительно сильными и добрыми дядями Степами, проницательными инспекторами Лосевыми и следователями Рябиниными, мимо которых мышь не проскочит, не то что маньяк, но факты – вещь упрямая.

В деле Кольцова понадобилось восемь лет, чтобы понять, что работает патологический убийца, и еще три года ушло на его поимку.

Ирина боялась думать, что легче вынести человеку – безысходное горе или нескончаемое метание между отчаянием и надеждой. Разглагольствования на эту тему от людей, не знавших беды, казались ей кощунственными, а когда она пыталась представить, что чувствуют родственники жертв, ее охватывал такой ужас, что не находилось слов, повседневные заботы и тревоги отодвигались куда-то далеко, и она ясно понимала, что, раз дети живы и здоровы, она абсолютно счастлива.

Когда в семьдесят пятом году пропала десятиклассница Марина Москаленко, сыщики добросовестно отработали все связи девушки, прочесали окрестности, но все безрезультатно.