Вечный шах

Девушку искали тщательно и долго, народ выдвигал самые безумные версии, вплоть до того, что Василису убили американские империалисты, но в конце концов сошлись на том, что тонкая и нервная девочка не вынесла бремени славы и либо покончила с собой, либо ударилась в бега, чтобы вести беспутную и вольную жизнь. Версия казалась весьма убедительной. Сама Ирина, слава богу, повзрослела немного раньше, чем началась повальная мода на вундеркиндов, в ее время еще не стыдно было быть обычным ребенком средних способностей.

Возможно, она просто завидовала одаренным ребятам, но ей казалось неправильным, что общественная установка на всеобщее образование и гармоничное развитие выродилась в преклонение перед гениальными детьми. Понятно, что талант нужно пестовать, а обладателя его всячески поддерживать, потому что дар даром не дается, к нему в придачу идет тонкая душевная организация. Хорошо, когда о вундеркинде заботятся, учитывают особенности его характера, делают поблажки, но если человека превозносят, как нового мессию, и в то же время относятся к нему как к любопытной диковинке, к обезьянке редкой породы, тут даже железобетонные мозги дебила не выдержат, не то что хрупкая психика юного гения…

История эта произвела на ленинградцев большое впечатление.

Девочку жалели как родную, многие ощущали что-то вроде иррациональной вины за то, что не разглядели, что Василиса на грани нервного срыва, не поддержали вовремя, не помогли.

В городе ее до сих пор помнят, книги с иллюстрациями Василисы продолжают издаваться, а нарисованный ею плакат обрел вторую жизнь в виде мозаики и украшает стену нового Дворца пионеров, призывая людей жить в мире и согласии.

Мать смирилась с исчезновением Василисы, а отец, давно имевший другую семью, даже пытался по суду признать дочь мертвой, чтобы получить в виде наследства ее гонорары за книжные иллюстрации и плакат, чем вызвал всеобщее осуждение. Получилось у него это или нет, Ирина не знала, ситуация показалась ей настолько грустной и мерзкой, что она предпочла за ней не следить.

В общем, родители Василисы не доставляли хлопот милиции, зато проявился отец Москаленко. Оскорбленный тем, что для его дочери правоохранительные органы не приложили даже четверти тех усилий, что были брошены на поиски Барановой, он с упорством отчаявшегося человека принялся бомбардировать жалобами все инстанции начиная с начальника отделения милиции вплоть до ЦК КПСС.