Жертва первой ошибки

Федор попросил секретаршу сделать чаю, сам состроил максимально доброжелательную и заинтересованную физиономию, задал несколько вопросов, не столько из любопытства, сколько показывая, что вник, и заключил, что тема действительно важная, поэтому Башмачников может всецело рассчитывать на его поддержку.

Если в городе вдруг появляется маньяк, то такие дела он берет под свой личный контроль, поэтому сотрудничество психиатров со следствием будет согласовано.

После ухода Башмачникова Федор долго ходил по кабинету, смотрел в окно, и только к вечеру удалось слегка привести мысли в порядок, а успокоился он только на следующее утро.

Вдохнул аромат свежемолотого кофе и овсяной каши на молоке, и понял, что жизнь идет прежним порядком, и беспокоиться не о чем. Прошло без малого двадцать лет, и те, кто знает правду, давно мертвы, а остальные пусть говорят что хотят.

Но все-таки вспоминать о той встрече было неприятно.

Федор сел поудобнее в кресле и подумал, что маньяков хватает здесь и сейчас, и Башмачникову совершенно не нужно ехать за этим добром двадцатилетней давности на другой конец страны.

Он огляделся. Посадка закончилась, сейчас стюардессы должны рассказать о правилах безопасности и раздать конфетки «Взлетные». У него даже рот наполнился слюной, так захотелось кисленького, но хорошенькая девушка в аэрофлотовской форме и с учительским пучочком на голове вдруг наклонилась к нему и вполголоса спросила, не согласится ли он поменяться местами с беременной женщиной. Федор встал.

– Да, да, конечно.

Отступив, он смотрел, как девушка усаживает на его место бледную женщину с огромным животом и опухшими губами. Вид у нее был такой, будто она начнет рожать через секунду.

Федор поморщился. Вид женщин в интересном положении всегда вызывал у него тоску, но пришлось ждать, пока стюардесса отведет его на новое место.

Хорошее настроение испарилось без следа.

Новое место оказалось в самом конце, возле туалета, и Федор запоздало подумал, что мог бы и отказаться.

«Интересно, хоть кофе принесут?» – вздохнул он, устроил дипломат на багажной полке, посмотрел на соседку и расстроился оконча-тельно.

Девушка показалась ему некрасивой, скучной и серьезной, но он все равно поздоровался. Она кивнула и вернулась к чтению.

Федор сел, пристегнулся, случайно взглянул на страницу ее книги и не сдержал удивленного возгласа.