Цветок Лилии

Лиля подставила табурет к подоконнику, заварила чай и уставилась пустым взглядом на просыпающийся город. Первоклассницы шагали в школу с вплетенными в косы белыми бантами, повиснув на руках матерей.

– Какой еще фартук? – семилетняя Лиля скривила нос от вида грубой застиранной тряпки. – Я не надену это!

– Почему? Очень красивый фартук, я его когда-то носила каждый день в школу, – мама разглядывала вещицу, и в ее глазах плясали огоньки, какие обычно загораются у взрослых, вспоминающих свое детство.

Она смотрела на дочь, а видела себя.

Как ей хотелось, чтобы Лиля хотя бы примерила дорогую сердцу вещь, но та уперлась – не надену и все!

Андрей кружил вокруг сестры, заливаясь хохотом.

– Давай-давай, вот все обзавидуются! – поддевал брат. – Чур мы не знакомы!

Лиля скорчила рожу.

– Девочки языки не показывают, – сказала мама, зачесывая непослушные волосы дочери, – это не прилично.

– А мальчикам можно? – спросил Андрей и тут же продемонстрировал свой язык сестре.

– Все, перестаем кривляться! Андрей, не говори под руку, а то вместо прически получится черти что! Иди донимай папу.

Ну и дебри! – мама театрально вздохнула. – Твоя бабушка всегда заплетала меня в школу, – она крепко прижала дочь к груди.

– Задушишь! – закряхтела Лиля.

Мама смахнула покатившуюся по щеке слезу и шмыгнула носом.

У Лили защемило сердце. Лицо матери практически стерлось из воспоминаний. Оно осталось только на старых фотографиях, которые редко доставались из шкафа. Все, что связывало ее с мамой, братом, детством и этой квартирой – очернено событиями, от которых волосы становятся дыбом.

Настенные часы тревожили тишину. Тик-так, тик-так. Лиля невольно обратила на них внимание. В форме якоря, с некогда яркой надписью «Ялта». Лиля сделала последний глоток чая, и решила еще немного подремать. Чайный пакетик должен был полететь в мусорное ведро под раковиной, но Лиля перестаралась, и он упал за кухонный гарнитур. С обреченным вздохом Лиля полезла за ним и нащупала что-то холодное и гладкое.

Неприятные мурашки пробежались по спине, тело обдало жаром. Лиля извлекла из-под раковины отцовскую заначку.

Сначала было смятение, затем оно сменилось разочарованием. Потом накатила злость. Выливая содержимое в раковину, Лиля злилась больше на себя, чем на отца. Она набрала в бутылку простой воды, протерла полотенцем и положила обратно. Раковину хорошенько помыла моющим средством, принюхалась, и, удовлетворенная результатом, пошла к себе в комнату.