Цветок Лилии

– Почему для козлов?

– Диетическая.

«Ах ну да, придется давиться травой, ведь все мясо было переведено на пожар», – подумала Лиля. Говорить вслух такое она бы никогда не решилась.

Отец понурил голову и уставился в тарелку, словно прочтя ее мысли.

– Как собеседование?

– Могло быть и лучше.

– Тебя не взяли?

– Сказали, что перезвонят, но я так не думаю.

Лиля пережевывала еду, уставившись в телевизор. Другого она, в принципе, и не ожидала, но почему-то все равно эта новость ударила по лбу.

– Ну, можно попытаться устроиться в другое место.

Отец ковырял вилкой овощи.

– Баба Нина сказала, что в строительном магазине, ну, где дядя Игорь работает, требуются охранники, – продолжила Лиля.

– Она мне тоже говорила, но я отказался.

– Почему?

Его желваки заиграли, но все же спокойный голос произнес:

– Я не буду работать охранником.

– Но это не так уж и плохо, учитывая…

– Учитывая что? – отец сжал вилку в руке так, что побелела кожа.

– Учитывая положение вещей, – пискнула Лиля.

– Мне не нужна никакая помощь, – гаркнул отец, соскочив с места и стукнув кулаком по столу. – Так Нине и передай. Чтобы не лезла в мою жизнь ни с упреками о работе, ни с проблемами с… со здоровьем, – он закинул тарелку с недоеденной едой в раковину. – Спасибо за ужин.

Лиля продолжила есть в одиночестве несмотря на то, что комок, застрявший в горле, не позволял еде проскользнуть внутрь. В ее голове носились мысли, точнее воспоминания из детства. До смерти брата отец был совершенно другим.

Он был одним из тех отцов, к которым все бежали за советом и помощью. Он был добрым и веселым. Он часто шутил и играл с Лилей и Андреем. Показывал, как умеет делать колесо, обгонял всех на детском велосипеде. Андрей унаследовал его смугловатую кожу и черные волосы, которые после первого же сеанса химиотерапии пришлось сбрить. А у Лили была бледная полупрозрачная кожа, как у мамы. Родители были такими разными, но оттого только лучше подходили друг другу. Мама была слишком пунктуальна и педантична, в то время как отец постоянно считал ворон и не мог ориентироваться во времени. Не удивительно, что его котлеты полыхнули огнем. Мама вечно его подгоняла и следила, чтобы он не шлепал чистой обувью по грязным лужам. Он отшучивался от ее придирок и всегда целовал в щеку, а она краснела и старалась не обращать внимания на его замаранные штаны.

Теперь от того человека остались лишь воспоминания, а от ее матери – фотографии в альбоме.