Цветок Лилии

Официантка разливала по стопкам водку, пришло время для первого тоста. У Лили перехватило дыхание. Она никогда не говорила тосты, ни на похоронах, ни на праздниках. Накануне она попыталась составить речь, но ничего хорошего из этого не вышло. Она любила бабушку больше всех на свете, но сказать об этом сейчас в этом забытом богом месте она не могла. Баба Нина незаметно похлопала ее по коленке, и чуть слышно прошептала: «Давай».

Лиля встала из-за стола, подняв стакан с отвратительным компотом. Не решившись ни на кого посмотреть, она уставилась на кутью, стоявшую перед ней, и подавила рвотный рефлекс.

Приглушенный гул голосов затих, повисло молчание. Если постараться, можно было услышать, как за стенкой скребутся тараканы.

– Сегодня мы проводили в последний путь… – как же банально это звучит, – … бабушку Аню. Пусть земля ей будет пухом, а память вечной, – последние слова она протараторила скороговоркой, желая провалиться сквозь землю.

Лиля обессиленно опустилась на стул, слезы хлынули рекой.

Она пыталась остановить поток, но они полились с удвоенной силой. Как же глупо прозвучали ее слова. Избитые, бесчувственные. Она могла придумать что-то получше, вложить душу в свою речь, но все произошло так, как произошло. Тишина давила, никто не проронил ни звука.

Баба Нина подняла свою стопку, и все последовали ее примеру. Молчание длилось еще несколько минут, пока гости ели суп. С каждой выпитой рюмкой, атмосфера потихоньку смягчалась, кафе наполнялось старческими голосами.

Позже, гости сказали еще несколько тостов, не таких скомканных и тихих. У стариков есть опыт в подобных мероприятиях, решила Лиля. Тарелки из-под супа унесли, на их месте уже стояло остывшее пюре с гуляшом. Выглядело это так, будто уже кто-то поел. Лиля решила выйти из-за стола. Она подошла к фотографии бабушки. Из деревянной рамки на нее смотрела счастливая старушка и улыбалась. Снимок сделали на каком-то семейном празднике, когда Лиле было пять или шесть лет.

Тогда все были счастливы и не подозревали, что им подготовила жизнь. Лиля почти видела, как на заднем фоне ее старший брат вырезает деревянный меч из досок, мама пропалывает грядки от сорняков, а отец жарит на мангале шашлык. Снимок сделан бабой Ниной, и после он пролежал у нее в альбоме много лет.

Из-за стола донесся хохот. Шла четвертая рюмка, все расслабились.

– Да, я помню тот год, – смеялся дядя Игорь, старший брат бабы Нины.