Попробуй меня разлюбить

Я тусовки посещаю редко, но, так как из «своего круга», во все подобные чаты меня добавляют, конечно.

Пролистываю сообщения без интереса. По привычке. А потом напарываюсь на видео Кати, она улыбается на камеру в толпе наших лицейских уродов. Сам Курьянов ее и снимает. Ржет за кадром.

Блокирую мобильник и бросаю его на кровать. Несколько минут сижу неподвижно, а потом срываюсь на эту, мать вашу, вечеринку. Внутри обдает холодом. Предчувствие чего-то неминуемого долбит. Ко мне будто подключили ток, то и дело давая разряд по вискам.

Вечеринка в самом разгаре. Все пропитано сексом, травой и алкоголем.

Кати в доме нет. На первом этаже точно. Я обошел здесь все два раза.

Взбегаю по лестнице на второй, начинаю поочередно распахивать двери в комнаты. Нарываюсь на трахающиеся парочки и тройнички.

Токман все еще не в моем поле зрения. Толкаю последнюю на этаже дверь – закрыта. Как вариант это может быть отцовский кабинет Курьянова, но интуиция орет о другом.

На принятие решения требуется всего несколько секунд.

Вытаскиваю карту и просовываю ее между замком и дверью, надавливая на язычок замочного механизма, подтягивая дверную ручку на себя.

Дверь поддается.

Курьянов зависает над Катей со спущенными штанами. Она упирается ладонями в его грудь.

– Не надо. Я не хочу. Отвали от меня! Ты слышишь? Не смешно!

«Поверь, он тебя не слышит! – вопит мой гадкий внутренний голос. – И уж точно не прикалывается».

– Тебе понравится, котенок, – уверяет будущий труп Курьянов.

Как только вижу перепуганную Катю, забрало падает.

Перед глазами раскадровка кровавого месива. Скидываю с нее эту тварь. На тренировках по любой борьбе с тебя практически берут слово не применять навыки в обычной жизни, особенно с теми, кто неподготовлен. Сегодня мое слово теряет свою силу.

Отшвыриваю это животное в сторону. Я знаю, куда бить. Так, чтобы прочувствовал, но следов почти не осталось. Только сейчас опытом последних знаний не пользуюсь. Он сам и все его окружение еще долго будут любоваться на его разукрашенную рожу.

Курьянов что-то блеет. Не слышу. В ушах шум. Свист. Сердце разрывается от громких, тяжелых ударов. Пульс зашкаливает, а я продолжаю. Наношу удар за ударом, пока сучоныш не теряет сознание.

Резко поворачиваюсь к Кате. Она напугана. Сжалась у изголовья кровати. Лямка платья спущена по плечу. Я, бля*ь, снова в крови по локоть. Курьянов лежит обездвиженно, не сдох и не сдохнет.

Делаю шаг. Катя обхватывает себя руками. Дрожит.