Попробуй меня разлюбить

Не хотелось думать про Даниса, в очередной раз разбивать нашу с ним встречу на детали и раз за разом анализировать.

Я решила пойти куда более простым путем: сменить парня, обстановку и повеселиться.

Повеселилась…

Едва моя голова коснулась подушки Артура, я окончательно потеряла над собой контроль. Глаза слипались, а тело огнем горело.

Прикосновения Артура показались мне даже приятными, пока его пальцы не стали сжимать грудь, а тяжелое тело не оказалось поверх моего. Он навалился всей силой, пригвождая меня к кровати.

Целовал. Своим противным, шершавым языком касался моей шеи, щек, губ. До сих пор мурашки от омерзения по коже бегут.

Руки мне заломил над головой. Шептал о том, как мне будет хорошо. О том, что понравится. Даже в бреду я понимала, о чем он. Было не смешно. Страшно. Так, что словами описать просто невозможно. Но тем не менее меня окутывало вязкими путами похоти. Казалось, что ничего ужасного не произойдет и все это лишь шутки. Розыгрыш…

Как бы не так!

Он не собирался тормозить.

Он хотел меня изнасиловать. Не сопротивляющуюся, ничего не соображающую и не способную сказать нет. Точнее, все мои «нет» и просьбы остановиться он игнорировал. Лишь продолжал убеждать в том, что все хорошо будет и мне нечего бояться.

Как там появился Кайсаров, я понятия не имею. Откуда он узнал? Видел меня, потому как сам был в этом злополучном доме? Если это так, то он такой же, как Артур. Один из них. Именно эта мысль проскользнула в моей голове изначально, как только я поняла, кто вломился в комнату.

Его появление не принесло облегчения. Было все так же страшно, но в тот момент в крови подскочил адреналин. Я смогла встать на ноги. Смогла сопротивляться. Даже укусила его, за что он обозвал меня дурой. Ну или не за это…

Ничего уже не понимаю. Только до сих пор кожей его прикосновения ощущаю. Они другие. Не гадкие и противные, вовсе нет. Они приятные и будто правильные.

В голове такая каша. Я же чуть его не поцеловала! Красивым назвала, мамочки… Как все это забыть? А как сделать так, чтобы забыл он?

Это говорила не я, а то, что содержалось в моей крови на тот момент.

Не я же…

Я так думать не могла и не могу. А у самой перед глазами его лицо. Злобный, но одновременно потерянный взгляд, когда я его обняла. Крепко, будто он единственный, кто может удержать меня на Земле.

Медсестра распахивает дверь палаты, в которой тут же становится шумно. Стук каблуков, какие-то манипуляции с капельницей.