Сиротки. Отцеубийцы

Он вцепился в гриву Латерфольта и потянул вверх, чтобы тот встал.

– Еще ничего не кончено, – прорычал Рейнар себе под нос. – Ты идешь за мной!

С этими словами он потащил егермейстера за собой в глубь крепости.

Шарка вернулась в сознание, когда кокон рассыпался на множество теней и те бросились на солдат крепости. Плоть просыпалась медленно: застоявшаяся без движения кровь разливалась по сосудам, отчего в ногах и ладонях защекотало, и Шарка не сдержала глупого хихиканья.

Все еще смеясь, она наконец открыла глаза и увидела себя в полном одиночестве в центре площади, усеянной трупами.

Кровь на камнях, останки врагов и союзников, запах гари и человеческих останков, шум со стороны крепости и ворот – все казалось далеким после забвения, в которое ее забросила ярость.

Демоны расправлялись с отрядом копейщиков, и Шарке даже не нужно было сопровождать их взглядом и отдавать команды, как раньше. Она прошлась по площади, заглянула в коридор, увидела войско Хроуста за опущенной герсой.

Война вдруг показалась ей чужой и ненастоящей. Шарка покрутилась на месте, беззаботная на поле брани, как девчонка на лугу, собирающая цветы. «Очнись, – уговаривала она себя, – ты здесь не просто так!»

Вопли ужаса и боли наконец докатились до ее ушей – раньше она не обращала на них внимания, но теперь слух проснулся, как и остальные чувства. Шарка опустилась на колени. Тяжесть своего доспеха она тоже ощутила, будто впервые, и принялась стаскивать его с себя, благо в битве ремни ослабли.

Шлем она уже давно потеряла. Сияющий подарок Сироток упал на землю рядом с лужей крови, и дышать стало легче. Она расправила усталые плечи, как вдруг услышала:

– Шарка! Он схватил Вилема!

Фубар возник из ниоткуда и принялся трясти ее за плечо. В последний раз, когда она видела его, Фубар на своем коне въехал в самую гущу врагов и там исчез. Наверное, удача улыбнулась ему в очередной раз.

– Кто? – с трудом выдавила из себя Шарка.

– Рейнар! – Имя показалось знакомым, но не вызвало никаких чувств.

 – Я видел, Шарка! На этом самом месте!

Фубар указал дрожащим пальцем себе под ноги:

– Он пронзил его кинжалом и потащил за собой… Шарка, ты слышишь меня? Он схватил Латерфольта!

Шарка вздрогнула, словно ее укололи иглой. С этим вторым именем в груди разлился холод. Фубар указывал на лужу крови, от которой неровный след тянулся в глубь крепости.

– Латерфольт, – повторила Шарка и вдруг обмякла.