Забыть тебя невозможно

Нет. Мама только улыбнулась и коснулась моего плеча. Без слов. В знак поддержки видимо, но мне все равно стыдно.

Вот так вот спалиться при живом Паше, с которым я вроде как до сих пор в отношениях. Кто я после этого? Лгунья. Всем вокруг вру, а главное, самой себе.

Тим уснул быстро, а вот я пялилась в потолок, который с каждой минутой становился светлее, пока его не озарили робкие солнечные лучи.

Все, что произошло этой ночью, до ужаса меня пугает.

Я испытала первый в жизни оргазм, к которому мои собственные пальцы были непричастны.

Пойти дальше, к счастью, никто из нас не рискнул. Но это не отменяет того факта, что от недопроникновения в моем теле может запуститься прежний сценарий. Запустится, теперь я почему-то полностью в этом уверена. И, наверное, мне стоит просто отойти в сторону, не лезть и не провоцировать Азарина больше. Нам обоим все эти проблемы ни к чему. И с Пашей нужно расстаться, по-человечески. Лучше буду одна…

Возможно, я просто не создана для отношений, вот и все.

Так же бывает…

Только вот уверенность в правильности своего решения незамедлительно тает, стоит только Тиму спуститься на кухню.

Он топает по лестнице, как слон, еще и футболку по дороге надевает. Не мог все это в комнате сделать?

Щеки снова краснеют. Мама, к счастью, никак не реагирует и продолжает хлопотать у плиты.

Вжимаю голову в плечи, стараясь смотреть куда угодно, но не на Тима. Все что произошло этой ночью случайность. Он был пьян, а на меня нахлынули воспоминания.

Снова сердце сжалось и так резануло в груди. Захотелось хоть на секундочку почувствовать себя живой. Как оказалось, с этим у меня до сих пор проблемы. А ведь до возвращения Тима, я была уверена, что справилась.

Маленькая слабость, и теперь вот шлейф последствий. Холодный душ в чувство не привел. Из-за того, что на плечах у меня засосы, а на бедре несколько мелких синяков от его пальцев, пришлось надеть спортивный костюм. И сейчас, он очень кстати, потому как в шортах, я бы точно чувствовала себя голой.

Видимо, мы с Азариным транслируем настолько пагубные эмоции, что моя мама решает ретироваться. Вспоминает про йогу, которая у нее, между прочим, только по вторникам и четвергам.

И вот мы снова одни. Лицом к лицу.

Я пялюсь в свою тарелку, потому что боюсь посмотреть Тиму в глаза, а он, он открыто транслирует недовольство.

Мне так страшно. Эта ночь стала очередной ступенькой на пути к бездне.