Дорога в Диснейленд

Но оленя они принесли чистого. И сами не фонят.

– Чего же они хотят? Что у нас есть интересное для них?

– А вот здесь как раз и начинается все самое забавное, – он опять поднял на нее тяжелый взгляд. – Они хотят тебя. И, возвращаясь к началу нашей беседы: откуда ты их знаешь, сучка?

– Это… Это… Как? Меня?

Лиса даже заикаться начала от неожиданности.

– Вот так, тварь малолетняя, пришли и сразу заявили, что отдадут оленя за тебя. На сутки. Имя, правда, не назвали, но описали очень точно.

Он полюбовался ее бледным лицом.

– Вот и ответь мне, шлюха, откуда они знают цвет и длину твоих волос? Да этого даже не все жители общины знают! Ты же вечно ходишь в какие-то тряпки замотанная по самые уши! Где они могли тебя увидеть?

– Я… Я не знаю!

Лиса прижала руки к лицу, пытаясь угомонить внезапный ужас.

Дэниэл смотрел на нее злобно. И с сожалением.

Лису буквально затрясло от осознания.

– Ты… Ты же… Нет! Ты слышишь? Нет! Я не буду этого делать!

– Будешь. – Голос Дэниэла стал пугающе спокойным и равнодушным.

 – Еще как будешь. Потому что если не сделаешь то, чего они хотят, то завтра же я тебя выкину за пределы общины. И назад не пущу. Ты ведь знаешь, что мутанты с бабами делают? Живой к ним лучше не попадаться. Ну, я тебе дам нож. Канцелярский.

– Дэниэл, – голос Лисы упал до шепота, – Дэниэл, не надо так, пожалуйста! Не отдавай меня им, пожалуйста!

Она поймала себя на малодушной мысли упасть на колени. И, пожалуй, упала бы, если бы был толк.

– Уже отдал.

 – Дэниэл поднялся из-за стола, с сожалением оглядел поникшую фигурку, – сегодня вечером. Я пригласил их пожить у нас. В комнате Ненни.

Он обошел ее, дернул ручку двери, обернулся на пороге:

– И не вздумай спрятаться, сучка. Иначе найду и сам вые*у так, что стоять не сможешь. А потом за ворота выкину без трусов.

И вышел, оставив Лису осознавать ситуацию.

И вот теперь она лежала, кусая губы, и не могла придумать выхода из ситуации. Его не было, выхода.

От людей она узнала, что охотников двое.

Двое здоровенных мужиков, один другого страшнее.

Ненни, милая Ненни, зачем ты это сделала? Зачем ушла?

И что ей теперь делать?

Лиса пролежала до вечера, не в силах пошевелиться, и, когда в комнату без стука вошел старейшина, только повернула голову.

– Пошли.

Он мотнул головой в сторону выхода.

– Дэниэл… Пожалуйста, Дэниэл…

– Вставай, я сказал. И рожу умой. И улыбайся! Если им не понравится, я тебя лично за ворота выкину.