В плену Гора

– Идиот, – я печально посмотрела на этого придурочного идеалиста, покачала головой, – какой же ты идиот… От того, что ты подставился, ничего в мире не поменяется. И твари так и будут вылезать сухими из воды.

– Этот уже не вылезет.

– Папаша вытянет.

– Нет. Я так понял, там все пиздец как серьезно. Да и эти подполы очень серьезные. Ну, ты же поняла? Тебя опрашивали же?

– Да. Один. Тот, который здоровенный, как медведь.

– Ну вот.

Я усилием воли отмахнула из головы воспоминание о внимательном каменном взгляде мента.

Слишком серьезные люди, прав Максик. Хоть и дурачок он у меня летящий иногда и нифига не стратег, но людей видит. И часто, лучше. Чем я.

Вернее.

– Ладно, – выдохнуть надо, черт. Брат уже сделал фигню, теперь ничего не поменять. Мы с ним, по сути, оба фигню сделали, когда вообще в эту тему влезли. Зачем-то. Хотя нет, я знала, зачем.

По-другому – никак.

Обычно мы так не подставлялись.

Обычно все делали тихо и чисто.

Приезжали в город, осматривались, ходили по клубам.

Принюхивались, кто чем дышит.

А потом выбирали тот, что побогаче, и…

И дальше с вариантами.

В основном, конечно, по стандартной схеме: я – официантка, он – бармен. Нижняя рабсила, которой всегда не хватает. Текучка вечная. Не было случая, чтоб нас не взяли. Русские, внешне привлекательные, Максик наблатыкался на бармен-шоу, я умела быть незаметной, тихой и аккуратной.

Нам хватало недели, чтоб уяснить, где касса, и узнать, насколько хорошо все с безопасностью. Обычно было до смешного… Смешно.

В таких местах очень много нала всегда. И этот нал проходит по-черному. Специфика сферы. А потому суммы скапливаются приличные. И очень часто эти суммы просто лежат в кабинете главбуха или директора. Какая инкассация, о чем вы?

Отследить и выловить момент, чтоб все взять – вообще несложно. И потом исчезнуть в ночи. Проще простого.

Обычно. Если нал черный, то даже заявления в полицию не было.

Искали своими силами, если было, кого.

В глубинке порой даже в самых пафосных клубах не стояло банального видеонаблюдения.

И доказать тогда вообще ничего не могли.

Документы наши с Максиком, поддельные, само собой, могли быть использованы несколько раз, в разных регионах. Потом менялись.

Бывало, что мы придумывали что-то еще. Максик зарабатывал на гонках, его малышка умела делать такие финты ушами, что у бывалых зрителей челюсти отъезжали.

Я могла с удаленки редачить и вести сайты, и делала это. Тоже заработок.

Но небольшой. Непостоянный.