Во временное пользование

Оттолкнуть, конечно, не оттолкну, но все же хоть как-то обозначу свое несогласие!

– Макс… Вы пьяны, Макс, придите в себя! Я не хочу… Так! Не хочу!

– Да я от рождения в себе! Не хочешь так? А как? Как хочешь?

Он замирает, прекращая свое разрушительное воздействие на мое тело, смотрит в  лицо напряженным взглядом. А я , от облегчения, от того, что  хоть какой-то диалог с ним наладила, отвлекла немного, выдыхаю. И зря. Потому что теплый взволнованный выдох касается его губ, и в следующее мгновение я уже ничего не могу говорить   и теряю свое шаткое , с таким трудом отвоеванное преимущество.

Его поцелуй – пьяный, жестокий, дымный и сумасшедший. Как и он сам.

Я не отвечаю.

Я все еще надеюсь на его благоразумие.

На то, что он придет в себя. Но с каждой секундой надежда моя все слабее. А вот огонь, разгорающийся опять, так и не потухший еще со времен нашего первого поцелуя, все ярче.

И это беда моя.

Это  –  моя погибель.

Потому что он останавливаться больше не намерен.

А я не намерена ему больше мешать.

В конце концов, этот финал был предопределен.

С момента нашей первой встречи.

Первая встреча

У него был острый, давящий взгляд, черные короткие волосы, грубая черная щетина на щеках и нос с горбинкой. А еще широкие плечи, крепкие руки и татуировка на шее.

Короче говоря, совершенно не располагающий к себе тип. Пугающий. Мрачный.

Зачем ты пришла сюда, Уля?

О чем ты думала?

Может… Может, убежать, пока не поздно?

– Ну?

А нет… Поздно.

Голос, хриплый и грубый, под стать пугающей внешности, заставил подпрыгнуть на месте и испуганно сжать сумочку. Я поймала себя на странном жесте – выставила ее вперед, словно защищаясь, и тут же опустила вниз.

Выпрямилась. Выдохнула. Твердо посмотрела в черные жестокие глаза.

Спокойно, Уля. Приди в себя. Ты, в конец концов, Кореева, а эта фамилия еще что-то значит. Для тебя, по крайней мере.

– Добрый день! Мне нужен Макс Розгин.

– Ну и?

Он оттолкнулся вместе с креслом назад, потянулся,  что-то доставая из шкафа, стоящего справа, положил перед собой папку с бумагами.

Черт… Все же я в глубине души рассчитывала, что это не он. В смысле, что это не тот, кто мне нужен…

Но, похоже, ошиблась.

И все же, пожалуй, лучше уточнить.

– Это вы?

Он сунул в рот сигарету, не спросив моего разрешения, щелкнул зажигалкой. Выдохнул табачный дым.

– Это я. Что вам нужно? Я не беру новую работу.

– Я вам звонила… Вы сказали, подъезжать.