Золото для Дракона

Макнут в грязь по саму макушку, папаша озвереет и вовсе от меня откажется. Нрав-то у него бешеный, драконий.

Так что, как бы мне не хотелось оградить мир от сошедшего с ума дракона, но своя рубашка ближе к телу.

Пусть другие ловят.

К тому же, ему в любом случае ничего грозить не будет.

Так, пожурят за испорченную девчонку.

Дракон же. Соль мира, чтоб его.

И вот всегда я знала, что мое колдовское мастерство (хотя, это я хватанула, конечно, про мастерство, чутье, скорее, которое тренировать и тренировать), гораздо глубже и сложнее, чем мне казалось!

Потому что наколдовала я материализацию своих мыслей!

Иначе как объяснить появление на узкой дорожке между корпусов высокой, массивной фигуры, чьи экономные неторопливые и уверенные движения въелись в мышечную память тела, кажется, до конца дней моих?

Глава 8

Мне вот интересно: в древних сказаниях так же себя рыцари чувствовали, которые дракона шли воевать?

Идет он себе, значит, идет… Думает, может, о том, что сейчас в какую-нибудь харчевню заскочит, бражки попьет… Служаночку, там, потискает… Проведет время с пользой, короче говоря.

В общем, самые благостные мысли. А тут – РАЗ! И дракон!

На твоем пути!

Стоит!

Смотрит!

И глаза его все ярче и ярче загораются! Желтым страшным огнем!

В этот момент рыцарь, если он не трус, должен был смело целить копье и бросаться на дракона.

А, если трус и дурак, то на землю валиться и латы от страха мочить.

А, если не трус и не дурак, то разворачиваться и бего-о-ом…

Короче говоря, я на бегу уже додумываю, кто я по категории рыцарей.

Слышу за спиной тяжелые удары ног, обутых в массивные сапоги, о гравий дорожки, хриплый повелительный рык, приказывающий мне остановиться, но даже и не думаю подчиняться.

Потому что не дура. Ну, может, немного…

Ноги-то все же подгибаются в ответ на его рычание. И совсем не от страха.

Но голова рулит и управляет телом, не давая сойти с ума от ужаса и навалившихся фантомных воспоминаний.